Возникший волею Петра. История Санкт-Петербурга с древних времен до середины XVIII века

Меншиков Александр Данилович (16731729) — ближайший сподвижник Петра I, талантливый полководец и гос. деятель, генералиссимус русской армии. С 1703 г. — первый губернатор и руководитель строительства Петербурга и крепости Кронштадт. В 1706 г. под его руководством была разгромлена 27-тысячная шведско-польская армия у Калиша. В Полтавской битве 1709 г. блестяще осуществил замысел Петра по охвату и разгрому левого крыла шведов. Настойчивым преследованием принудил остатки шведской армии к капитуляции у Переволочны. При Петре II попал в опалу и в 1727 г. был сослан в Березов (Зап. Сибирь), где и умер.

Победителей встречали и салют и награда. Фельдмаршал Шереметев и адмирал Головин, старейшие кавалеры ордена св. Андрея Первозванного, возложили его на Петра Алексеевича, Александра Меншикова и Гаврилу Головкина.

На медали было выгравировано «Небывалое бывает»...

Офицеры и солдаты были награждены золотыми медалями. Вид сражения и изображение обоих шведских кораблей были по распоряжению Петра выгравированы художником-голландцем Адрианом Шхонебеком.

Московский резидент Отто Плейер своему государю в Вену

10 мая 1703 г.

Вместе с первым министром уехал к его царскому величеству в Нотебург, теперь назывемый Шлиссельбургом, польский посол г. фон Кенигсек. Недалеко оттуда строятся корабли… После прибытия его царского величества и других господ был спущен на воду один из тех кораблей — быстроходное судно, после чего до поздней ночи пили и кричали «виват!», и наконец каждый в темноте вернулся на свою квартиру. При этом, однако, с господином польским послом произошло несчастье: его штурман напился пьян, посол также был не слишком трезв, и они наехали ночью на лежащий на воде якорный канат другого судна, опрокинулись, и посол, а вместе с ним и еще несколько человек утонули, и тела их пока не найдены».

Царь Петр из Шлиссельбурга Федору Апраксину

Здесь все изрядно, милостию Божиею; толко зело нещасливый случай учинился за грехи мои: перво доктор Клем, а потом Кенигсек, который уже принял службу нашу, и Петелин утонули внезапно. И так, вместо радости, плач…

Успех, одержанный русскими, на первое время развязал руки Петру. Нумерс, правда, не ушел со взморья (он оставался там до октября), но пленение двух кораблей передвигавшимся на лодках сухопутным войском, происшедшее на глазах у всей шведской эскадры, не могло не заставить шведского адмирала быть весьма осторожным. Рассчитывая на пассивность Нумерса, Петр тотчас же отправил Шереметева к Копорью. 8 мая Шереметев выступил, а 27 мая Копорье было уже взято. Еще раньше (14 мая) шведы потеряли Ямы, взятые отрядом генерала Вердена.

Отправляя Шереметева к Копорью и поручая Вердену захватить Ямы, Петр торопился прикрыть только что завоеванные места со стороны Эстляндии на случай, если шведы станут наступать с запада. Но выполнение этой задачи решало только половину дела. Нумерс все же оставался у взморья, и никакой уверенности в том, что он не сможет получить подкрепления и после этого не перейдет к активным действиям, у Петра не было. Кроме того, у реки Сестры находился отряд Крониорта, который в любую минуту мог появиться на Неве. Это заставляло Петра принять меры к тому, чтобы Нева оказалась укрепленной сильнее, чем была укреплена шведами, и чтобы ее нельзя было потерять столь же легко, как выпустил ее из своих рук противник. Петр немедленно занялся этим делом.

ЗАКЛАДКА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА