Возвышение и упадок Банка Медичи. Столетняя история наиболее влиятельной в Европе династии банкиров

В том же году, когда Медичи открыли филиал в Лондоне, они учредили еще один филиал, в Авиньоне. Хотя после того, как оттуда уехал папский двор, город во многом утратил свое значение, он по-прежнему оставался важнейшим центром на юге Франции, затмевавшим Марсель, Монпелье и Тулузу. Образовали коммандитное товарищество с полным товарищем Джованни ди Бенедетто Дзампини (1405 – ок. 1479), который прошел подготовку в Женеве. В 1442 г. его послали в Авиньон в роли фактора. Основную массу капитала в размере 7500 камеральных флоринов предоставила Женева, но ожидалось, что Дзампини внесет 500 флоринов в качестве своей доли. Прибыль распределялась следующим образом: Медичи получали 7/8, а Дзампини – 1/8. Через два года товарищество на вере преобразовали в обычную компанию.

Некоторые утверждают, что у Медичи имелся филиал в Любеке, но подобные утверждения основаны на недоразумении. В их архивах нет ни одного намека на существование такого отделения. В Любеке у Медичи имелся банк-корреспондент в лице Герардо Буэри и его партнеров. Этот Герардо ди Никколо ди Франческо ди Якопо Буэри (ум. 1449) был родственником Медичи, троюродным братом жены Джованни ди Биччи, Пиккарды Буэри, дочери Одоардо ди Якопо. В 1406 г. Герардо Буэри приняли в венецианский филиал Банка Медичи с заработной платой 20 флоринов в год, но он бросил работу, оставив долг в 61 1/2 флорина (впоследствии его списали как невозвратный). Его присутствие в Любеке отмечено уже в 1413 г., когда он вошел в долю с неким Лодовико Бальони из Перуджи, которого в Любеке называли Людовикус де Баллионибус. Их товарищество занималось обменом денег и переводило Римской курии выплаты от скандинавских священнослужителей высокого ранга. Не отказавшись от флорентийского гражданства, Герардо Буэри стал гражданином Любека. Там он жил до своей смерти в 1449 г. В местных архивах его часто называют «Герардус де Боэрис, именуемый также де Вале», что значит просто «итальянец». По местным меркам он вполне преуспевал и женился на немке по имени Тюббеке, дочери Йохана Бере, бывшего в 1439–1449 гг. бургомистром Любека. Буэри был членом церковного совета церкви Св. Эгидия в Любеке – еще одно указание на то, что он занимал в общине видное положение.

В 1427 г., судя по балансу Банка Медичи, Бальони и Буэри были должны 8334 дуката венецианскому филиалу и 3945 флоринов – римскому филиалу. С другой стороны, во Флоренции на их счете числилось 587 флоринов, но эта сумма предназначалась для выплаты части «римского» долга. Отношения с Медичи продолжались в течение всей жизни Герардо Буэри, но он, судя по всему, испытывал постоянные трудности с урегулированием дебетового сальдо с Италией. Чтобы расплатиться с долгами, он отправлял в Венецию партии янтаря, янтарные четки и меха. Обычно товары посылались со слугами, но в 1446 г. Буэри лично совершил поездку в Италию, посетил Венецию и Флоренцию и вернулся в Любек через Женеву. Через три года он умер. В завещании он оставил соответствующие распоряжения в пользу вдовы, некоторые суммы передал на пожертвования, а остаток завещал Козимо в счет оплаты задолженности итальянским банкам, в том числе и Банку Медичи. Для того чтобы оценить имущество покойного, Козимо отправил в Любек Бенедетто ди Стефано дельи Обици да Фучеккьо, in jure civili licentiatus. Тот заключил соглашения, по которому все товары Буэри в Венеции и Италии переходили Медичи. Одна любопытная подробность: Герардо Буэри вел свои бухгалтерские книги на итальянском, и никто в Любеке не мог прочесть его записей, кроме двух его соотечественников, Никколо ди Бернардо Бонси и Франческо Ручеллаи, выбранных властями Любека для оценки имущества.

Как показывает история Буэри, переводить деньги из Северной Европы в Италию оказывалось довольно трудно из-за отсутствия соответствующих банковских механизмов и регулярных товарных потоков. В результате переводные операции были сопряжены с бесконечными задержками и препятствиями. Апостольская палата испытывала те же трудности с получением налогов, собранных в Прибалтике, Скандинавии и Польше. Для упрочения связей итальянцы попытались закрепиться на территории Ганзейского союза. Около 1420 г. в Любеке появилась небольшая флорентийская колония. Однако Ганзейский союз, боясь конкуренции, был начеку и не давал иностранцам вести дела в своих владениях. Колонии не позволили разрастись. Более того, итальянцев было так мало, что они не могли упрочить свое положение и наладить работу. Прогресс добрался до тех краев лишь в конце XVI в., когда Гамбург стал банковским центром.