Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

Главная армия выступила из Вертю в 4 часа поутру в следующем походном порядке: корпуса Н.Н. Раевского и наследного принца Вюртембергского шли впереди. За армейским авангардом двигались Баварский корпус Вреде и сильный по составу Русско-прусский резерв (в его составе находилась русская гвардия) под командованием генерала от инфантерии М.Б. Барклая де Толли.

Всем выступившим в поход на Париж союзным войскам было назначено дойти до Фер-Шампенуаза и расположиться там на ночлег. Командование общим авангардом союзников поручалось наследному принцу Вюртембергскому. Он состоял из виртембергской кавалерии и русской конницы корпуса графа П.П. Палена.

Союзники, начав движение на запад, в тот же день 13 марта встретились с французскими войсками, которые спешили на соединение с императором Наполеоном по тем же дорогам. Настоящее сражение разыгралось у небольшого городка Фер-Шампенуаз, где столкнулась авангардная кавалерия союзной Главной армии с маршировавшими в западном направлении корпусами маршалов империи О.Ф. Мармона и А.Э. Мортье.

Сражение при Фер-Шампенуазе, по мнению отечественных военных историков XIX столетия, таких как М.И. Богданович и А.И. Михайловский-Данилевский, представляет собой интересный, даже более того – блистательный пример убедительной победы, одержанной во встречной баталии. И более того, одержанной с ходу, без всякой предварительной подготовки, «исключительно конницею над многочисленной пехотой с довольно значительной кавалерией». К этому следует добавить – и артиллерии. В действительности оно так и было.

Дело обстояло так. Колонны войск спешивших маршалов империи Мармона и Мортье беспрепятственно проходили через городок Фер-Шампенуаз в Шампани, стоявший на дороге из Витри через Сезанн в Париж. Они торопились по приказу императора французов на соединение с его главными силами. Встреча с противником у Фер-Шампенуаза оказалась для маршалов известной неожиданностью. Они еще не знали, что союзные армии выступили в поход на Париж, равно как и не знали их местонахождения в последние дни.

Новоявленным противником двух маршалов стал кавалерийский отряд союзников под командованием генерал-лейтенанта графа Петра Петровича Палена, инспектора кавалерии русской армии. Он шел в голове походной колонны корпуса Евгения Вюртембергского, который являлся авангардом Главной армии. Пален уже знал, что французские кавалерийские разъезды появились впереди, тем самым извещая о приближении крупных сил противника.

Колонна французских войск состояла из 6‐го пехотного корпуса маршала Мармона, Молодой гвардии маршала Мортье и кавалерии генерала Беллиарда. Всего 12,7 тысяч пехоты, 4 тысячи кавалерии при 84 орудиях. (По другим данным, силы двух этих корпусов в день сражения определялись в 22–23 тысячи человек при 80 орудиях.) В любом случае французов было больше, чем союзников.

Мортье и Мармон двигались по приказу своего императора по дороге из Парижа в Витри. Маршалы не вели дальней разведки (что было большой ошибкой) и о начале наступления союзников на столицу Франции ничего не знали. В противном случае авангард их походной колонны состоял бы не из пехоты, а кавалерии генерала Беллиарда.

У сражения при Бриенн-ле-Шато была своя предтеча. Битва, по сути дела, началось с того, что французская кавалерия атаковала выдвинутый далеко вперед отряд генерал-майора князя Щербатова (900 казаков, Чугуевский уланский полк и 4 конных орудия), стоявший на позиции в Мезьере. Щербатов был вынужден отойти к Бриенну. Как показал следующий день, это было правильное решение.

Утром того дня, в 8 часов, пеший авангард корпуса маршала Мармона неожиданно встретился у Фер-Шампенуаза с конным авангардом вюртембергцев, за которым угадывались значительные силы союзников. Такая встреча не давала время на ожидание подхода главных сил, заблаговременное занятие выгодных артиллерийских позиций и проявление военной хитрости. О какой-то серьезной огневой подготовке атаки речь тоже не шла.

Союзники, имея в голове походной колонны кавалерию, быстро развернулись для боя и атаковали передовые части пехоты неприятеля на дороге. С правого фланга удар наносили полки (4 гусарских и 1 уланский) русской легкой кавалерии генерал-лейтенанта П.П. Палена 1‐го, а с левого фланга – кавалерийские эскадроны кронпринца Вильгельма Вюртембергского.

Под настойчивым натиском пехота маршала Мармона, отстреливаясь ружейными залпами, стала отходить к Фер-Шампенуазу. Мармон запросил помощи у близко находящегося Мортье, и батальоны императорской Молодой гвардии встали с отступавшим 6‐м корпусом в одну боевую линию. Так на дальних подступах к Парижу начиналось сражение 13 марта, в котором атакующей стороной при поддержке конной артиллерии стала кавалерия союзной Главной армии.