Врата Европы. История Украины

Если доверять автору “Истории” и его источникам, Скифское царство представляло собой конгломерат этносов и культур, где география и окружающая среда определяли место каждого в разделении труда и политической иерархии. Взморье занимали эллины и эллинизированные варвары, посредники между средиземноморской цивилизацией и северной глушью – и в торговле, и в культурном обмене. Основные экспортные товары (зерно, рабов, сушеную рыбу) доставляли в портовые города из лесостепи. Люди, что их везли, пересекали степи, где хозяйничали царские скифы. Те контролировали торговлю и получали б'oльшую часть дохода от нее, о чем свидетельствуют золотые украшения, обнаруженные в курганах. Описанное Геродотом деление территории на побережье, степь и лес будет играть крайне важную роль в истории Украины на протяжении многих веков.

Многоукладный скифский мир, известный нам по “Истории”, рухнул в III веке до н. э. Римлянам, что через два столетия взяли под свой протекторат греческие колонии в Северном Причерноморье, пришлось иметь дело с новыми владыками степей.

Скифских конников, что господствовали на торговых путях между земледельческими регионами и колониями греков, сменила новая волна кочевников с востока. Это были сарматы (савроматы) – народ из той же иранской группы, что и скифы. Геродоту было известно, что они живут к востоку от Танаиса. Он же пересказывает легенду о том, что савроматы произошли от амазонок, бежавших из греческого плена, и скифских юношей. Подобно своим скифским собратьям, они делились на несколько племен (роксоланы, аланы, язиги и др.) и покорили соседние этносы. Сарматы властвовали над Понтийскими степями полтысячелетия, до IV века н. э. В эпоху их расцвета сарматам принадлежали обширные пространства от Волги до Дуная. Проникали они и дальше на запад, до берегов Вислы.

Хотя этот воинственный народ наводил страх на всех вокруг никак не меньше скифов, наши знания о сарматах намного скуднее. Причиной этому стал почти полный упадок торговли с эллинскими колониями, которая процветала в Северном Причерноморье при их предшественниках. Без обмена товарами сходит на нет и обмен информацией. Пришельцы оттеснили скифов в Тавриду, где те создали небольшое царство, известное под именем Малой Скифии (ее не следует путать с Малой Скифией на Нижнем Дунае). В руках скифов осталась и степь непосредственно к северу от Перекопа, и доступ к портовым городам. Сарматы таким образом получили полный контроль над путями в лесостепи с юга, но возобновить торговлю не могли. Конфликт между старыми и новыми владыками степей не только подорвал процветание греческих поселений, но и поставил под угрозу их существование – скифы и другие кочевники требовали от них дань деньгами и натурой независимо от положения дел. Торговля стала менее выгодной еще и потому, что средиземноморские рынки получали теперь продовольствие от новых поставщиков. В порты Эгейского и Ионического морей зерно везли из Египта и Месопотамии, маршруты же стали безопаснее вследствие походов Александра Македонского и последующей экспансии Рима.

Когда в I веке до н. э. римляне достигли северного побережья Понта Эвксинского, они сумели до некоторой степени возродить экономику приморских городов, обеспечив им более надежную защиту. Но и под римской властью благополучие каждого висело на волоске. Публий Овидий Назон, в 8 г. н. э. сосланный императором Августом в далекие Томы (современную Констанцу, черноморский порт Румынии), где он угас через десять лет, оставил нам яркое описание невзгод повседневной жизни греческой колонии на рубеже нашей эры:

Дикие тут племена – не счесть их! – войной угрожают,

Мнят позорным они жить не одним грабежом.Небезопасно вне стен, да и холм защищен ненадежноНизкой непрочной стеной и крутизною своей ‹…›

Нас укрепленья едва защищают, и даже внутри их,Смешаны с греками, нас скопища диких страшат.Ибо живут среди нас, безо всякого с нами различья,Варвары: ими домов б'oльшая часть занята[4].