Врата Шамбалы

Ученые полагают, что Марко Поло называл Тибетом юго-восточную часть Тибетского (Цинхай-Тибетского) нагорья, которая до середины 50-х гг. прошлого века входила в состав провинции Сикан. Через 600 с лишним лет там мало что изменилось. Русский путешественник Козлов, побывавший в области Кхам, довольно подробно описывал нравы и обычаи ее населения. Он также утверждал, что тибетские женщины "пользуются большой свободой": "По признанию самих тибетцев, ни одна из тибеток не в состоянии сохранить свою девственность до выхода замуж, на что, впрочем, и не принято обращать внимания, как равно для родителей не есть огорчение, если их еще незамужняя дочь принесет им дитя. В подобном случае тибетцы не приневоливают провинившихся парней жениться, но их обязывают явиться в дом родителей девушки и служить им во все время, пока молодая мать не будет в состоянии этого делать; заставляют также виновников нести и те материальные издержки, которые неизбежны при отправлении родов и на первых днях появления на свет ребенка.

Женатых же людей за такие проступки по отношению к замужним женщинам приговаривают к штрафу — гуцен".

Тибетцы до сих пор вступают в брак по-разному. Кроме моногамии (единобрачия), которая, судя по всему, имеет в регионе не очень длинную историю, но сейчас является преобладающей, в том или ином виде сохраняются и такие его формы, как полигамия (в данном случае многоженство) и полиандрия (многомужие). Герои эпоса, древние правители страны и вожди племен обычно имели сразу по несколько жен. Со временем полигамия стала привилегией богатых мужчин, тех, кто мог и может содержать двух-трех, а иногда и больше жен и соответственно детей от них. Что же касается причины сохранения в Тибете на протяжении многих веков полиандрии, то ее весьма убедительно объяснил более ста лет назад Рокхилл: "Удобных для обработки земель здесь очень мало, и все они уже заняты, так что увеличить свое поле туземцу почти невозможно, а то, которым он владеет, дает как раз столько, сколько может в обрез хватить для пропитания небольшой семьи. Если бы после смерти главы семьи его имущество пришлось делить между сыновьями и если бы у каждого была жена и дети, то имущества этого не хватило бы для удовлетворения потребностей каждого из них. Далее и отеческий кров был бы для них недостаточен, так как вековой опыт всего человеческого рода доказал уже, что несколько семей не могут жить в мире и согласии под одной кровлей. Единственным решением этой задачи и служит обычай, в силу которого сыновья одной семьи берут себе одну общую жену, охраняя таким образом от раздела унаследованное ими имущество и оберегая, сверх того, значительную сумму денег".

У тибетцев, придерживающихся полиандрии, в основном присутствует так называемая братская полиандрия, когда жена старшего брата одновременно является женой младших. Старший брат после женитьбы становится главой семейства и единственный имеет право на развод с женой, хотя для этого требуется согласие всех братьев. По мнению француза Ф. Гренара, путешествовавшего по северным и северо-восточным районам Тибета в конце XIX в., хотя старший брат вправе отказать братьям в своей жене в той же мере, в какой он мог выгнать их из дома, тем не менее, если бы он сохранил исключительно за собой прерогативы супруга единственно из нежелания делиться женой с другими, то подвергся бы всеобщему и серьезному осуждению.

Долгое время в Кандине находилась католическая миссия. В один из февральских дней 1882 г. ее глава епископ Биэ неожиданно для себя встретился с пандитом Кишен Сингом, который после нескольких лет скитаний по Тибету и северо-западным районам Китая добрался до города без гроша в кармане.

После завоевания Индии англичане упорно стремились прорваться на "Крышу мира". Тибетские власти не без оснований подозревали их в поддержке гуркхов в тибетско-гуркхской войне 1788–1792 гг. и при поддержке официального Пекина приняли решение закрыть регион для посещения всеми иностранцами. Особенно строго действовал этот запрет со второй половины XIX в. Старосты пограничных селений головой отвечали за то, чтобы ни один иностранец не прошел через контролируемую ими территорию и не нашел убежища в той или иной деревне. Соответствующие чрезвычайно жесткие указания получили и рядовые обыватели.

В сложившейся ситуации англичане стали активно использовать жителей контролируемых ими соседних стран и территорий для сбора нужной информации о землях к северу от Гималаев. Первым пришел к этой мысли капитан Монтгомери. Действуя от имени Индийской геодезической службы, в 1863 г. он отобрал двух человек тибетского происхождения и лично обучил их проведению работ по топографии и картографии в условиях строжайшей конспирации. Монтгомери оставил службу по состоянию здоровья в чине полковника.

В начале 70-х гг. XIX в. его успешно заменил капитан Троттер. Завербованных и хорошо подготовленных агентов из числа местных жителей направляли в Тибет под видом паломников или торговцев; всего было подготовлено около 130 человек.