Врата Шамбалы

Когда знаешь легенду, совсем по-другому воспринимаются невысокие кусты на высоте порядка 20–25 метров, хотя, если бы не вырезанные в скале иероглифы и столпившиеся вокруг туристы, вполне можно было их не заметить и пройти мимо. Следует признаться, что полноценному и трепетному любованию природой в те минуты мне явно мешали некоторые цифры, застрявшие в голове. К моменту нашего приезда в Уишань прошла информация о том, что весной 2005 г. некий бизнесмен из Сингапура на городском аукционе приобрел 20 граммов чая "Дахунпао" нового урожая за 208 тысяч юаней (более 25 тыс. долларов США)! Даже знаменитый "Лунцзин" ("Колодец дракона") из восточнокитайской провинции Чжэцзян с его неизменно запредельными ценами котируется не столь высоко. На аукционе в апреле 2005 г. 100 граммов этого зеленого чая "ушли с молотка" за 145,6 тысячи юаней, а через месяц за 50 граммов выложили 138 тысяч юаней.

Предложил Ренате встать на фоне прославленных кустов и сделать вид, будто она обрывает листья на тех, что растут чуть ниже. Сфотографировав девушку, порекомендовал будущий показ этого снимка друзьям и подругам сопровождать фразой типа: на заднем плане чай за 25 тысяч, а я, мол, собираю за 15 тысяч долларов. Разумеется, без "Дахунпао" мы не имели права покинуть уютный городок и в соседней с гостиницей лавке приобрели две упаковки по 15 юаней (менее двух долларов) за 100 граммов. Чай пробовали уже в Пекине: его аромат напомнил мне запах высококлассного табака, цвет настоя — темно-красный, вкус достаточно терпкий и очень насыщенный, остается сладковатое послевкусие. Воду в чайник, по-моему, можно заливать бесконечно.

Вечером того же дня посетили стильную по внешнему виду чайную под названием "Горная усадьба Дачаху", чтобы своими глазами увидеть высшее чайное мастерство (кит. гунфу ча

), о котором много говорят. Здесь нас, к сожалению, откровенно "развели". Произошло это следующим образом. Симпатичная молодая китаянка в национальном костюме усадила иностранцев за красивый столик, сделанный из цельного корня дерева, и предложила выбрать конкретный чай. Я попросил меню, но, со слов девушки, оно как бы отсутствовало.

Из десятка перечисленных марок местных улунов выбор остановили на "Жоугуй" ("Китайская корица"). Дело в том, что его упоминал в средневековом трактате "чайный бог" — танский поэт Лу Юй, когда описывал оригинальный рецепт "домашнего чая", т. е. лучшего. Раньше пробовать "Китайскую корицу" не доводилось. Предложенный нам чай особого впечатления не произвел: аромат был, но довольно слабый, цвет настоя — желто-красный, по вкусу он мало чем отличался от обычного улуна, который можно купить в любом магазине, не выезжая из Пекина. Между тем в 90-х гг. XX в. "Уи жоугуй" (полное название чая) получил ряд призов на всекитайских и международных выставках-ярмарках. Национальное министерство сельского хозяйства присвоило ему статус одного из знаменитых чаев Китая. Сейчас он экспортируется в страны Юго-Восточной Азии, Японию, Англию и др.

Китаянка из "Горной усадьбы Дачаху" аккуратно демонстрировала искусство приготовления чая: на треть засыпала в чайник листья; залила их кипятком, которым тут же сполоснула посуду; снова залила кипяток и, не настаивая, перелила в миниатюрные чашечки; показала, как надо их держать, как вдыхать аромат и как втягивать в себя напиток; часто заливала в чайник воду и быстро наполняла чашечки, постепенно выбирая из чая его вкус и цвет.

Закончив с церемонией, девушка предложила купить в их заведении тот или иной чай, проявив завидную настойчивость. Качество испробованного чая и отсутствие меню насторожили, посему решили приобрести улуны в другом месте и попросили счет. Только после этого нам показали цены, где были указаны сразу несколько сортов "Жоугуй", но мы, оказывается, пили самый дорогой. Я выразил что-то вроде недовольства, хотя спорить в сложившейся ситуации было уже поздно. С трудом удалось сбросить с первоначальной цены (240) юаней 60, потребовали и получили баночку чая с собой, однако в итоге все равно изрядно переплатили.

Из городка Уишань мы с дочерью выехали в Фучжоу. В конце XIII в. венецианец Марко Поло побывал здесь незадолго до своего отъезда из Поднебесной. Он называл этот город так же, как и все "царство", — Фуги. Вот его рассказ о Фучжоу и прилегающей к нему территории: "Через город течет большая река, в ширину с милю (Миньцзян. — НА.). Много судов, что плавают по этой реке, строят здесь. Сахару делают тут столько, никому и не счесть. Жемчугом и драгоценными камнями торгуют здесь шибко, и приходят сюда индийские суда с купцами, что торгуют по индийским островам. Город этот недалеко от порта Кайтона (Цюаньчжоу. — Н.А.), что на море-океане. Приходят туда много судов из Индии со многими товарами, а оттуда они поднимаются по реке до города Фуги, и вот так-то доходят сюда дорогие вещи из Индии. Всего, что нужно для жизни, тут много. Славные у них сады, и много там отличных плодов. Хороший город, и просто диво, как прекрасно он устроен…