Время дня: ночь

— Электролитический?.. Да вроде бы ничем особенным… Их, ведь, много бывает разных конденсаторов-то: слюдяные, керамические… Какие там ещё? У них у всех разные диэлектрики между пластинами. Вот и всё… Одни более надёжные, или дорогие. А другие — так себе…

— А что будет, если на электролитический конденсатор подать двести двадцать вольт переменного тока?

— Что будет? Наверное, ничего… У него реактивное сопротивление по низкой частоте должно быть высокое…

— "Ничего"! — передразнил его мастер. А вот и неверно! Нельзя его подключать в цепь переменного тока! Иначе взорвётся! Никогда нельзя! А говорят, что ты в радиотехнике лучше других разбираешься! Ладно, работай! Если ещё раз услышу жалобы со стороны цехового мастера — вызову родителей.

Не солоно хлебавши Летучий пошёл по проходу к рабочему столу Игоря.

"Сейчас начнёт его выпытывать про электролит!" — подумал Сашка, следя за удалявшейся спиной мастера.

Через минуту Летучий остановился сзади Игоря, и стал молча наблюдать, как работает его подопечный, чтобы подловить на какой-нибудь ошибке и, не давая опомниться, начать допрос. Саше, находившемуся через несколько рядов рабочих мест, сзади, были видны спины обоих: Игоря, в белом халате, и Летучего, в пиджаке.

"Интересно, удастся ли ему расколоть Игоря?" — думал Саша, начиная паять. — "Навряд ли… Это мне было трудно выкрутиться, потому что Летучий знает, что я — радиолюбитель и не могу не знать, как ведёт себя электролит. А Игорь может просто сказать, что не знает… Впрочем, кто его знает, Летучего-то! Во-на как издалека начал… Будто бы зачёт провалил! Нашёл дурака! Не на того напал… А поймать кого-то надо! Не иначе, заводское начальство доложило в дирекцию ПТУ про взрыв в раздевалке. Кто ещё, кроме нас, ремесленников, мог такое учинить? Ясное дело! А доказать, кто сделал, трудно…"

Летучий мурыжил Игоря минут десять. Наконец, оставил его в покое и направился к выходу из цеха. Выждав на всякий случай минут пятнадцать, Сашка отложил паяльник, и, убедившись, что заводского мастера поблизости нет, направился к Игорю.

Игорь, по всей видимости, ожидал появления приятеля. Чтобы создать видимость присутствия, он включил свой паяльник, положил плату, которую до этого "набивал" компонентами, на середину стола, и, не говоря ни слова, направился следом за Сашей к выходу.

Как обычно, друзья остановились у стены, с неприличным рисунком, и закурили.

— Поди, Летучий, тоже хочет взорвать электролит в своём институте за то, что ему не поставили зачёт, — заметил Саша, — Да не знает, как…

— А что, он и тебя спрашивал? — Игорь не понял, Сашин юмор. По всей видимости, мастер расспрашивал его напрямую.

Саша пересказал свой диалог с мастером.

— Нет! Меня он просто спросил: что будет, если на электролит подать двести двадцать вольт, — сказал Игорь.

— И что ты ответил?

— Сказал, что не знаю. А он спросил, а знает ли Волгин. Я опять ответил, что не знаю, и сам переспросил, что будет. Тогда Летучий сказал, чтобы я узнал у Машки. И добавил, что будет то, что кому-то, мол, скоро будет не до смеха… Видно, Машка раскололся.

— Если раскололся — надоть забить немедля! — Сашка, снял пепел с сигареты о выступ в стене, который одновременно являлся носом нарисованного человека.

— Пошли спросим, — предложил Игорь.

Докурив, друзья отправились обратно в цех, прямо к рабочему месту Машки, находившемуся за несколькими рядами, позади Сашиного стола.

Машка оказался злым. На расспросы Саши и Игоря отвечал неохотно. Наконец, не выдержал и рассказал, что на провокационный вопрос Летучего он ответил прямо, что если электролит подключить к розетке, то он взорвётся. Услышав это, Летучий спросил, один ли он взрывал электролит или вместе с Казанковым и Волгиным. Машка ответил, что он никаких электролитов не взрывал. А Летучий сказал, что Машка врёт, и что, будто бы его кто-то видел, как он выходил из раздевалки. Машка снова сказал, что ничего не знает про взрыв. Летучий пообещал разобраться и поговорить с Машкой серьёзно вместе с директором ПТУ.

— Если меня прижучат, — закончил Машка свой рассказ, — Придётся сказать, что это сделали вы.

— Только попробуй! — сразу осёк его Игорь, поднося к горлу Машки пропуск, в алюминиевой рамке, с острым краем, специально наточенным напильником так, что его можно было использовать как нож. — Забьём! Ты уже отделился от нас, когда мы пошли на дело, и, значит, стал третьим.

— Тебя бы давно уже надо было забить заранее, для профилактики! — поддержал приятеля Сашка.

— Да пошли вы, куда подальше! — взбеленился Машка — Я вас не боюсь!

— Дура! — парировал Игорь, — Летучий тебе всё равно не поверит. Ты у него уже на крючке. А попробуешь стукнуть — забьём по-настоящему. Будет хуже вдвойне.

— Пошли! — предложил Игорю Сашка, — Что с ним разговаривать! Влип, очкарик. Никуда не денется. Давай ещё посодим, пока мастеров нет, и покумекаем обо всём.

— Пойдёшь с нами? — предложил Игорь Машке.

— Канайте прочь, суки! — Машка больно пнул Игоря по ноге.

— Ах ты, падло! — вскрикнул зло Игорь. — Ну, погоди, тварь! Решил отделиться? Тебе же хуже!