Время приобретений (СИ)

- Вот! Я привела этого дурака! И сейчас он всё сам скажет, - и выразительно сложила на груди руки, сверля мальчика недовольным взглядом.

Мишаня лишь сердито передёрнул плечами.

Анела покачала головой и показала взглядом девочке на край балкона. Когда Висея отошла, тихо спросила:

- Мишаня, что случилось?

- Ничего, - сердито буркнул он.

А дело серьёзнее, чем Анела думала. Мишаня совсем не походил на себя. Обычно добрый и общительный мальчик сейчас был мрачен как никогда. И чем она ему так не угодила? С ребятами она в эти дни мало виделась. Они до самого позднего вечера изучали город и Пущу. Даже без присмотра. Явного. Город по просьбе Анелы охранял ребят. Да и Лания украдкой посматривала за малышом. Анела видела ребят только перед сном, и тогда Мишаня обычно уже спал.

Может, ему не хватает внимания? Но судя по рассказам, ребята не скучали.

- Сынок, ты ведь сам говорил, если хочешь что-то узнать, спроси. Так я слушаю. Чем я тебя обидела? – тихо спросила Анела

Мишаня посмотрел на неё покрасневшими глазами. Чёрные бровки были нахмурены, подбородок решительно выставлен:

- Ты забыла о моём отце! – обвиняющее крикнул он, сжимая кулачки.

Анела сделала глубокий вдох, от кольнувшей сердце вины. Почему она не подумала, как отнесётся её приёмный сын к появлению в её жизни Аскрела? Что решит, будто она предала Злата? Почему не нашла времени и не поговорила с Мишаней? Не объяснила?

- Висея! – окликнула Анела притихнувшую у парапета балкона девочку. Кивком показала на дверь в комнату. – Над камином на полочке стоит шкатулка. Принеси.

Девочка быстро убежала, а Анела присела перед Мишаней. И тихо, проникновенно заговорила:

- Я любила Злата, твоего папу. Только Богиня знает, как сильно любила. Жила и дышала им. Когда он умер, я едва выжила. И только когда встретила Аскрела, я словно проснулась. Примирилась с тем, что Злата больше нет, и позволила себе вновь полюбить. Но память о твоём папе всегда будет жить в моём сердце. Всегда-всегда! Как и в твоём, его сыне…моём сыне. Да и Эдри мы с тобой вместе в будущем всё-всё расскажем о его папе, о великом герое Злате маркизе Зимирия. Правда?

Мишаня молчал, внимательно вглядываясь в её лицо. Появилась робкая улыбка и, к огромному облегчению Анелы, он согласно кивнул.

Тихо подошла Висея со шкатулкой, разукрашенной драгоценными каменьями. Анела вытащила из неё печатку Зимириев и на раскрытой ладони протянула мальчику:

- Вот возьми. Оно по праву принадлежит тебе. Малая печатка Зимириев. Когда-то его носила твоя бабушка. Потом мама. Когда твой папа делал предложение мне, он подарил это кольцо. А теперь твоя очередь. Когда вырастишь и встретишь девушку, которую полюбишь и решишь назвать своею женой, передашь кольцо ей.

Мишаня осторожно взял кольцо и растерянно завертел в руках. А потом вдруг заулыбался и бросился к Анеле на шею.

- Мама, я люблю тебя. Прости. Я хочу, чтобы ты была счастливая. Пусть даже с…дядей Аскрелом, - шепнул ей на ухо.

И отступил.

- Только посмей кольцо подарить не мне! – решительно воскликнула Висея, даже притопнула ножкой. – Только я буду твоей женой.

- Висея! – отдёрнула девочку Анела, мысленно улыбнувшись. Огненная малышка уже сейчас ясно представляет, чего хочет. А что будет, когда вырастит? – Вам ещё рано говорить об этом! Мишаня, обещай, что пока тебе не наступит восемнадцать, ни о каких невестах я не услышу! А ты Висея, пока у тебя не появятся крылья, даже не думай о женихах. Маленькие ещё об этом говорить!

Вот сюрприз был, когда оказалось, что крылья получили все иридис старше шестнадцати, даже те, которых не было на поле сражения. А ещё удивительнее стало, когда одной из иридис через пару дней исполнилось шестнадцать, и её окружил непроницаемый кокон. А утра она проснулась уже с крыльями и усилившейся стихией. Едва удалось тогда усмирить ураган, чуть не снёсший деревеньку девушки. По словам иридис из Института, крылья больше не исчезнут. Анела вместе с Аскрелом вернули способность иридис летать, потерянную многие века назад.

Мишаня серьёзно кивнул, сжимая в кулаке кольцо. А Висея недовольно поджала губу, но вслух возмущаться не стала, хотя и продолжала пыхтеть, как рассерженный ежик.

В дверь осторожно заглянула Алика. Видимо, до этого боявшаяся помешать. Удостоверилась, что всё спокойно, и с улыбкой вошла, ведя за руку Эдри. С чёрных кудряшек малыша капала вода. Эдри при виде Анелы отпустил девочку и, радостно улыбаясь, зашагал к ней:

-Мама-няня! На ручки!

Анела подхватила на руки сына и крепко прижала к себе. Её родной сыночек.

Мамой её он стал называть вот недавно. Пусть и добавляя «няня». Лания продолжала присматривать за ним, заодно и за остальными ребятами. Пусть с Анелой у них так и остались натянутые отношения, но жрица, Анела была в этом уверена, никогда не обидит детей. Рядом с ней они в безопасности.

- Мы купались! – гордо известил малыш. – В озере!

- Вижу… – улыбнулась Анела. – Понравилось?

- Да… да…да…