Время Рыцарей (СИ)

«Урсула охотно изучает магию и настойчиво учит меня ей. Говорит, что это полезно для сохранения разума, и я должен прикладывать больше усилий. Я с ней не спорю: книги заклинаний мы изучаем вместе, и мне приятно ее внимание. И забота Гретхен с Сабиной тоже. Как будто у меня разом появились три замечательные внучки, которым я не безразличен. Недавно Урсула нашла чары, творящие золото из слов! Магия Великого Ворона невероятна. Мы наложили чары на Гретхен, и теперь при каждом ее слове на пол падают золотые монеты, драгоценные камни и цветы. Ее это забавляет, а Вороны очарованы ею и постоянно просят поговорить с ними или спеть, чтобы забрать золото себе. Сабина жестко пресекла это, велев сдавать деньги и наполнять ими сундуки, но я знаю, что Гретхен частенько нарушает ее приказ, ведь ей это ничего не стоит. Она добрая девушка и всеми любима. Они все так добры ко мне»

«Тепло, наконец-то тепло! Столько новых вещей куплено! Замок из стылой темницы превратился в уютное жилище! Гретхен бродит по нему и распевает веселую песенку, а Вороны кружат вокруг нее и подпевают, радостно подбирая сокровища. Сабина хохочет и пляшет вместе с Урсулой, а та пытается вставить ей в волосы цветы и сделать «красивую прическу». Мне уже сделала: за обоими ушами у меня маргаритки, а на макушке — фиалка. Я давно так не веселился! Кажется, мы все перебрали с грогом, но это ничего, здесь Принц Корвин нас не достанет. Этот замок — наше убежище».

Льюис обрадовался. Так вот как получить еще денег! Магией! Отлично, в магии он хорош, проблема будет решена. Как все-таки хорошо жить в волшебном городе! Достать золото тут можно легко и просто! Он отыскал нужное заклинание и собрал верных подданных, объяснив им план и сообщив, что ему нужен доброволец.

Почему-то никто не спешил обретать чудесный дар.

— В чем дело? Вы не хотите превращать свои слова в золото?

— Это как-то странно звучит, — пробормотала Агата, прячась за Сольвейна, — а вдруг я не смогу замолчать, и меня под ним погребет?

— Согласен, магия и золото — странное сочетание, — заметил тот, — и это очень заметный признак. С таким в городе не замаскируешься.

— Пастор Браун, вы поможете мне?

— Льюис, мне эта идея не по нутру. Легкие деньги развращают, а деньги колдовские развращают вдвойне. Лучше нам пойти заработать их честным трудом.

Льюис возмутился.

— Да что с вами всеми такое? Почему вы отказываетесь помочь мне решить нашу общую проблему? Мы скоро по миру пойдем, а вы капризничаете!

— А давайте на Бломфилде попробуем? — предложила Шарлотта. — Его не жалко.

— У слова «доброволец» другое значение. Мне что, всех в убежище собирать и просить?

Сольвейн сощурился.

— А почему бы тебе не наложить чары на себя?

— О, да, Рыцари, конечно, не обратят внимания на Ворона, который раскидывается золотом при каждом слове, — с сарказмом ответил Льюис, — у меня в городе есть друг, как я ему объясню это?

— А мы как должны объяснять? Ты бы хоть немного подумал о том, как с этим дальше жить!

— Гретхен, на которой эти чары опробовали, жила превосходно, — возразил Льюис, — она спасла убежище, и ее все любили.

— Ты уверен? А где она сейчас?

— Хватит вам, — Рейвен закончил перепалку, выступив вперед, — заколдуй меня, повелитель. Я буду выглядеть глупо с этими розами и алмазами, но пусть будет так. Меня и без того все в городе знают.

— Спасибо. Ты единственный, кто мне по-настоящему верен, — сердито сказал Льюис. — Начнем.

Чары были несложными, Льюис сотворил их уверенно и без проблем. Но когда Рейвен заговорил, результат оказался далек от задуманного.

Каждое его слово превращалось в колючку, жабу или змею.

Шарлотта завизжала.