Всё как ты хотел, или (Не) мой дракон

Но нет, мне наказали на словах передать ее благодарность управляющему приютом и обещание сделать щедрое пожертвование, а потом выставили из дома. На радостях, что ее Мими, на которую свалилась садовая статуя, жива и здорова, она тут же забыла обо мне, сюсюкая с собакой и предлагая ей разносолы. Не удивлюсь, если травме избалованной псины поспособствовали слуги, которых та изводила истеричным лаем и кусала.

Свою Мими леди Прентон пестовала, а меня даже накормить не распорядилась! Уж на кухне я бы нашла, кому из слуг что подлечить втихаря, заработав этим кусок пирога или колбасы. Платить мне за лечение, пусть и самой мелкой медной монетой, было негласно строжайше запрещено. Все в нашем маленьком городке и окрестностях знали, что расплачиваться нужно с господином Гратье – управляющим приютом, он снимал все сливки с моего дара.

При мыслях о еде в желудке заурчало от голода. Скудный утренний завтрак был давно забыт, обед я пропустила, и теперь оставалась одна надежда на ужин. Каша не предел моих мечтаний, но хоть что-то. Может, господин Гратье расщедрится и распорядится добавить пару ложек меда, чтобы я быстрее восстановила силы? Главное – успеть вернуться до того, как он уедет домой.

Хотя на доброту скряги Гратье надежды мало. За лишний кусок хлеба удавится, если не увидит своей выгоды. Как же не вовремя уехал городской целитель Прани на похороны к теще! По крайней мере, когда я ассистировала ему, после работы всегда была хорошо накормлена. Сейчас было непривычно вновь ощущать голод и возвращаться к приютской пище.

Что поделать, без присутствия и личного контроля дипломированного целителя я не имею права лечить людей. Если только животных. Крестьяне не спешили обращаться за помощью, а если монеты не текли к Гратье, тот не считал себя обязанным хоть как-то выделять меня из других воспитанников. Наоборот, даже получал удовольствие от возможности показать мою никчемность и напомнить, что только из-за дара меня терпит.

Лицемерная сволочь! Он был обязан сообщить об одаренной властям, а те – подать информацию в ближайшую академию. С силой моего дара меня бы в любую приняли. Но в нашем захолустном городке академии нет, и информация обо мне не ушла дальше городской управы.

А зачем? Мэр с Гратье быстро смекнули, как выгодно иметь такой самородок. В наше захолустье могут прислать целителя лишь с искрами дара, все, кто посильнее, оседают в больших городах. Мэра вполне устраивает, чтобы больных лечила я в качестве подмастерья Прани.

Недовольна от такого расклада, опять же, только я, не получающая за это ни монеты.

«Вот что за жизнь? – уныло размышляла, обходя раскисшую грязь и ища места посуше. Ноги окончательно промокли, и пальцы в дырявых ботинках заледенели. – Когда сетуешь на судьбу, считая, что она к тебе несправедлива, эта капризная дама поворачивается к тебе такой стороной, что понимаешь – раньше были еще цветочки!»

Почему в книгах про попаданцев героинь чаще всего забрасывает в тела королев, принцесс или, на худой конец, герцогинь, которые купаются в роскоши и внимании кавалеров? Я же как была в прошлой жизни сиротой без особого достатка, так и попала в тело такой же несчастной, жизнь которой во сто крат хуже моей.

Хотя в наших жизнях прослеживаются и другие параллели. Мое имя Катя, а ее Катрина. Меня мать подбросила бабуле в деревню и исчезла с концами на просторах страны, а ее мать оставила на пороге приюта. Отца ни она, ни я не знали. Мы даже внешне похожи!

Но у меня хотя бы была любящая бабушка! Она отдавала все силы, чтобы поставить меня на ноги, за что я ей безмерно благодарна. Я и на ветеринара учиться пошла, чтобы после диплома вернуться домой и работать. Но мы предполагаем, а жизнь располагает. Бабушка успела порадоваться, что я сдала первую сессию, поставила тесто на пироги к моему приезду и тихо ушла во сне.

Было безумно тяжело остаться одной на всем белом свете, но я держалась. У меня были родные стены, куда я всегда могла приехать, огород, учеба и подработка в городе. Я бы выплыла.

И ведь как чувствовала, не желая никуда идти с приехавшей на выходные к родителям Ксюхой, но она же как репей! «Пойдем на озеро поплаваем, посидим на берегу, посекретничаем как раньше. Хватит дома сидеть! Я же не на танцы тебя зову». Я и поддалась. Кто ж знал, что туда завалится компания нетрезвых парней из коттеджного поселка, не так давно отстроенного в нашей глуши, и нам придется улепетывать. Думали спрятаться на другом берегу в камышах, нырнули с Ксюхой вместе – плавали мы хорошо, с детства тут бултыхались… А вынырнула я одна. В пруду, затянутом ряской. В другом мире! Наглотавшись воняющей тиной воды, я еле выползла на берег. Едва не теряя сознание от слабости, не сразу обратила внимание, что на мне не купальник, а липнущее к телу платье. Перед глазами плыли мушки и… картины из событий чужой безрадостной жизни, которые я вначале приняла за галлюцинации из-за недостатка кислорода.