Через год в Пенсильвании свои соревнования организовала компания Tough Mudder. К 2014 году уже 3,4 миллиона человек изъявляли желание выложить от 100 до 200 долларов за то, чтобы поистязать свое тело в любых испытаниях, какие только придут в голову организаторам. Кроме того, такой высокий финансовый порог платы за участие, по-видимому, отражает расовое и социальное неравенство как в стране в целом, так и в соцсетях: судя по последним, участники гонок — в основном молодые, белые люди, очевидно, с деньгами. Да и сама эта тенденция во многом поддерживается благодаря хорошо подготовленным кампаниям в соцсетях. Во время «Гонки спартанцев» фотографы, расположившиеся у всех основных препятствий, сделали десятки тысяч фотографий. У них зачастую стоит тот же микрочип, что носят участники гонок для отслеживания времени прохождения. Для нас эти фотографии были бесплатны — этим и объясняется, почему всего через пару часов после гонки Facebook, Twitter, Instagram и другие сети просто взорвались обилием снимков, где покрытые грязью участники перескакивают через костры, пробираются в облаках слезоточивого газа и на четвереньках ползут по сугробам. Очарование кратковременных мучений привлекает все новых участников и любителей бурно провести выходные на полях грязевой славы.
Если не считать возни на игровой площадке начальной школы, у меня нет никакого опыта участия в таких мероприятиях. Гонка с препятствиями, в которой я собирался участвовать, была для меня первой, и это мой шанс узнать, из-за чего весь этот сыр-бор. Мне казалось, что люди, готовые ринуться в грязь, должно быть, столь же равнодушны к комфорту, как и те, кто не против плюхнуться в полную ванну льда. Кроме того, соревнования по преодолению препятствий находят равный отклик в душе у тех, кто по-разному относится к физической культуре в целом. Занятия спортом — это необязательно усердное повторение упражнений на откалиброванных с математической точностью силовых тренажерах или забеги на огромные расстояния по бесконечным лентам шоссе. В гонках с препятствиями преимущество у дилетантов, для кого спорт — это ловко справляться с различными спортивными испытаниями, а не специализироваться в одном каком-то виде. Отчасти прельщает еще и то, что мы возвращаемся во времена своего детства, когда мы весь день напролет лазили по канатам или ползали под бесхозной проволокой, получая при этом огромное удовольствие. И тут я почему-то вспоминаю об отказе от претензий.
На первый взгляд трудно сказать, насколько развлекательный характер носит этот договор — может ли кто-нибудь заявить об ущербе, нанесенном его репутации вследствие проползания под колючей проволокой, — или же он действительно создан для того, чтобы напомнить о реальной опасности смерти и травм. Мне — да, наверное, и большинству из тех, кто собрался в очереди на утреннем пекле, — кажется, что и то, и другое. Опасность тоже отчасти привлекает. Получается, что везучие, ловкие или просто достаточно крепкие из нас доберутся до финиша, зная, что у кого-то это может и не получиться.
На любой гонке все испытания подразделяются на два основных вида: физические и психологические. Когда, пробежав 8 км, вы несете в гору тридцатипятилитровое ведро с грязью, вы знаете, что назавтра у вас заболят руки, но тут нечего бояться за свою жизнь.
А вот другие испытания вызывают неподдельный ужас. На соревнованиях систематически используются слезоточивый газ, ледяная вода, электричество, огонь и подъем на головокружительную высоту, и преодоление этих препятствий, как правило, подразумевает не физическое испытание — это преодоление психологических барьеров. Испытание уже в том, чтобы победить в себе врожденный инстинкт свернуться калачиком и остаться дома. Отчасти популярность такого рода препятствий связана с их зрелищностью, да и на фотографиях, публикуемых в соцсетях после гонки, они смотрятся особенно впечатляюще.
Дело в том, что когда все заканчивается и можно похвастаться, каково это — вдыхать слезоточивый газ, ты чувствуешь, как будто стал круче. В эпоху, когда армия полностью стала контрактной, соревнования по преодолению препятствий — это максимально приближенное к «курсу молодого бойца» испытание. Наверное, поэтому многие участники этих гонок берут псевдонимы из военной терминологии или в честь воинов древности. Не будем вдаваться в причины, но многим нужен шанс испытать свое мужество на грани смерти.