Вселенская пьеса (СИ)

   Вот в дверь постучали, и внутрь осторожно Партараш. Я быстрым движением зажег свет так, что от входа стало совершенно невидно, кто сидит за столом. Лейтенант-командер зажмурился, пряча глаза от яростного света, бьющего в дверной проем и вежливо осведомился:

   -Уже можно, Ваша Светлость?

   -Можно, - нарочно хриплым голосом сказал я.

   Дверь распахнулась шире, и я увидел троих. В дверной проем все разом они не проходили, потому пришлось нырять боком. Двое военных тащили за руки Грога, который, к моему удивлению, выглядел совершенно здоровым. Разве что в разрывах одежды отчетливо просматривались синяки и ссадины, но на лице не осталось ни крови, ни кровоподтеков.

   -Ваша Светлость, все указания выполнены, - доложил Партараш, заходя следом.

   -Свободны.

   -Может быть нам лучше остаться для вашей безопасности, Контроллер? - Партараш покосился на Грога, который весьма однозначно рванулся из рук военных, распрямляя плечи и, что не удивительно, вывернулся из их крепких захватов. Встал, пошире расставив ноги, и уставился, не мигая, на свет лампы, дерзко вглядываясь в мой черный силуэт.

   Я, чтобы оградить себя от уговоров и назойливых предложений, сдвинул по столу плазменный пистолет, способный пробить здешнюю стену насквозь.

   -Свободны, - повторил я.

   Военные удалились моментально, но без суеты, прикрыв с особой тщательностью за собой дверь.

   -Итак, - сказал я, растягивая слова. -Зови меня Контролер. Моя цель - найти тех, кто виноват в воцарившемся здесь хаосе.

   -Пошел к черту, ублюдок! - равнодушно отозвался Грог. - Ты бы лучше смотрел себе под нос, гавнюк, а не за невиновными гонялся! Андеанцев своих ловите, выродки союзные, тех, что жрут всех подряд! Ты думаешь, я расскажу тебе что?! Расскажу?! Про тварь эту, Ванессу Вени? Да пошел ты...

   Он замолчал, поняв, что болтает лишнее. Было тихо, и я пока не намеривался нарушать эту тишину.

   Грог занервничал еще больше. Яркий свет лампы позволял мне видеть любое его движение, каждый жест и взгляд. Я отметил, как бегают у его глаза, как мечутся зрачки, которые не в силах прорвать стену белого света. Он переминался с ноги на ногу и то и дело напрягал мускулы, пробуя оковы, стянувшие руки за спиной. Весь его вид говорил: вот сейчас порву путы и брошусь.

   Тишина затягивалась и я, наконец, подал голос:

   -К чему теперь молчать? Ты уже наговорил достаточно на смертный приговор. Ты знаешь преступницу и нарушительницу спокойствия половины галактик Ванессу Вени. Ее обвиняют в бесчисленных преступлениях, в результате которых погибло множество невинных. Ты знаешь ее, ты был с ней, в твоей крови ее боевая химия. Ты можешь быть с нею за одно.

   -С-с-скотина, - с чувством выплюнул Грог.

   -Как тебе будет удобно, - ровно сказал я. - Тебе ничего другого не остается, как рассказать всю правду. Тогда, быть может, я пересмотрю свое решение...

   -Ничего я тебе не расскажу, - Грог снова утерял к происходящему всякий видимый интерес. - Хочешь знать правду? Вот она! Андеанцы как жрали ничего не подозревающих путешественников, так и жрут. Теперь они направляются к моей родной планете...

   -А, Земля! - оживился я, но мой голос все равно оставался неузнаваемо хриплым. - Что хорошего ты можешь рассказать о ней?

   -Чтобы ты и за это меня засудил?! Иди ты знаешь куда?..

   Он с чувством протяжно выругался. Ни разу еще не повторился, просто таки виртуоз своего дела.

   -Хорошо, ты не расскажешь мне ничего, - согласился я. - Тогда придется мне что-нибудь рассказать. Сначала о том, что тебя ждет, потом о том, что удалось о тебе узнать. Ты встаешь в позу, отказываешься говорить о тех делах, что происходят на Парлаке 13, о твоей причастности к ним, о твоем непосредственном участии. Все время рассказываешь про андеанцев... я вижу, это занимает твой разум, но подумай вот о чем: Контролер знает, как развязать язык даже такому здоровяку, как ты. Сначала я отрежу тебе ммм... левое ухо. Ухо, это не жизненно-важный орган и я надеюсь, ты не заметишь потери. Уши, знаешь ли, я собираю, так что не могу пожертвовать столь ценным экземпляром и обойти привычку. Знаю, знаю, это материализм, но что поделаешь? Мне не чуждо ничего человеческое, а уха землянина у меня в коллекции еще нет...

   Я умышленно допустил словесную ошибку. Я сказал именно "человеческое", слово, обозначавшее принадлежность к Земле. Мне надо было, чтобы до Алека медленно начало доходить, с кем на само деле он разговаривает. Но то ли смысл слов произвел на немца столь неизгладимое впечатление, то ли он был слишком занят собой, только Грог ничего не заметил. Видя это, я продолжал, возвращая своему голосу привычный тембр:

   -После этого мы применим редкую методику. Пытки водой, - я надеялся, что древние методы инквизиции стран востока знакомы немцу, ведь немцы куда более эрудированны, чем американцы. Ну, должен же он был книги читать! Хотя бы в молодости, до армии...