Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями

Вскоре израильские политики поняли, что иранская угроза не только реальна, но и выгодна с точки зрения сплочения электората. Именно на этой волне начал подниматься главный долгожитель израильской политической сцены Биньямин Нетаньяху. Он не первым начал использовать страх перед Ираном в политических целях, но, с присущим ему талантом популиста, вывел это искусство на принципиально новый уровень. Нетаньяху начал убеждать аудиторию, что Иран не просто угрожает Израилю, но готовит новый Холокост[45]. Себя же политик пытается представить своеобразной мессианской фигурой — тем избранным, который сможет спасти еврейский народ. Говоря научным языком, Нетаньяху использовал иранскую угрозу, чтобы создать в Израиле атмосферу экзистенциальной паники. Ядерная программа Ирана — идеальный аргумент: посмотрите, они готовят оружие, чтобы нас уничтожить! Биби, как называют Нетаньяху в Израиле, вполне успешно играет на страхах соотечественников: никто дольше него не занимал кресло премьер-министра в истории Израиля, и немалая часть успеха обусловлена именно его антииранской риторикой.

Иранская угроза — важный фактор в израильской политике, причем не только внутри страны, но и на международной арене. Власти государства постоянно указывают, что Иран представляет серьезную угрозу не только для евреев, но и для всего мира. Этот аргумент помогает отбиваться от обвинений в нарушении прав человека в Израиле в отношении арабского населения: достаточно (по крайней мере, с точки зрения израильтян) заявить, что Иран и другие мусульманские государства со своим населением поступают гораздо хуже.

В результате Иран в Израиле воспринимают как угрозу и врага целиком и полностью — этот образ разделяют практически все слои общества. При этом для некоторых политиков Иран остается еще и очень удобным врагом, на борьбе с которым можно выстроить хорошую карьеру.

Апрель 2022 года

— А ты знаешь, что сегодня День Иерусалима? — спросил я у моего друга Валеры, как только мы приехали в Йезд, древний город, расположенный в самом центре страны. Валера недавно прилетел из России, и я устроил ему небольшую экскурсию по Ирану.

— А что это?

— День ненависти к Израилю. В центре будет шествие с флагами и лозунгами, будут орать: «Смерть Израилю!».

— Мы обязательно должны туда сходить, — заинтересовался он.

Вечером мы вышли из старого города, где стоял наш отель, и тут же встретили людей со знаменами — толпы текли к главной улице. По дороге в качестве прелюдии мы увидели небольшую «детскую» сцену — антисионизм для самых маленьких. На сцене красовался мулла в чалме и с микрофоном, его окружали девочки, покрытые черными чадрами, самой младшей — года четыре, не больше. Мулла подходил с микрофоном к каждой поочередно и говорил: «а теперь ты», на что девочка громко выкрикивала: «Смерть Израилю!» После этого остальные девочки кричали уже хором: «Смерть Америке! Смерть Израилю!». «Машалла![46] — приветствовал идеологически верные вопли мулла. — А теперь ты!», — и микрофон отправлялся к следующей девочке на сцене. После того, как все девочки прокричали лозунг, на сцене их сменила группа мальчиков, и все началось по новой.

Мы дошли до стартовой точки маршрута, шествие должно было вот-вот начаться. Рядом с толпой припарковали пикап, прямо из кузова всем желающим раздавали пластиковые транспаранты с надписью на персидском и английском: «Лозунг нашей нации: смерть Америке! Смерть Израилю!». Валера взял себе один такой транспарант, а группа из нескольких сотен человек как раз начала свой путь. Молодежи я почти не видел — практически исключительно мужчины и женщины сильно за сорок. Под ярким весенним солнцем мы шли по центральным улицам Йезда, мимо древних мечетей и совсем недавно выстроенных магазинов и ларьков. «Заводящие» из толпы выкрикивали антиизраильские лозунги, толпа им вторила. Валера как истинный тролль шел в толпе с выданным ему транспарантом и довольно улыбался. Конечно, для него такое шествие было трэшем, чем-то вроде увеселительного карнавала, он даже пытался повторять лозунги на персидском. Но меня такой подход немного беспокоил.

— Главное, чтобы нас не заметили местные СМИ. По тебе видно, что ты иностранец, они обычно у таких участников любят интервью брать. Так что можешь еще и звездой местного телевидения стать, — втолковывал я Валере.

Обошлось без интервью — через некоторое время моему другу шествие надоело, и как только толпа повернула на другую улицу, он сказал: «пошли отсюда, я хочу есть». Мы вернулись в историческую часть Йезда и зашли в модное кафе. Валера все еще тащил с собой транспарант. Взял на память, а выкидывать жалко.

— А что они так уставились на нас? — спросил он, стоило нам устроиться за столиком. Местная молодежь действительно смотрела на нас с удивлением и без всякого одобрения.

— Они думают, что мы идиоты, которые принимают участие в местных митингах. Нормальные люди тут таким не занимаются. Тайная война