Всемирная история без цензуры. В циничных фактах и щекотливых мифах

Спустя год он снова решается выступить против властей и отказывается подчиниться приказу Тридцати тираннов, только что пришедших к власти в Афинах, арестовать невиновного человека, которого правители посчитали своим врагом.

Несмотря на бедность, у Сократа было много завистников и недоброжелателей, тем более что он часто обличал в неразумии тех, кто был о себе слишком высокого мнения. Сам же он отличался скромностью и любил повторять: «Я знаю лишь, что ничего не знаю».

Враги подали на него в суд, обвинив в безбожии и в том, что он придумывает новых богов. Сократ действительно говорил о том, что у каждого человека существует свой «демоний» – некий дух, говорящий, что хорошо, а что плохо. Теперь таких демониев мы называем совестью, но современникам Сократа это понятие было неизвестно. «И не будешь иных ты богов почитать, кроме тех, кого сами мы славим: безграничного Воздуха ширь, Облака и Язык, – вот священная троица!» – так видел его учение Аристофан.

Сократ не признал своей вины и даже позволил себе подшутить над судьями: на вопрос, какое наказание он бы сам себе назначил, а это было обычной судебной практикой в Афинах, Сократ ответил, что назначить себе наказание, значит признать себя виновным, а он – невиновен, и поэтому может назначить себе лишь обед за государственный счет. Такой ответ вызвал гнев и возмущение судей. Защитников его больше не слушали. Платона, пытавшегося произнести написанную заранее речь, прогнали с трибуны. Сократу был вынесен смертный приговор в тот самый день, когда из Аттики на Делос отправлялся ритуальный корабль с дарами для богов. По закону, пока этот корабль не вернется обратно, приговор не мог быть приведен в исполнение, поэтому между судом и казнью прошло больше месяца.

Клавдий Элиан: «Когда корабль возвратился с Делоса, и Сократ был обречен, в темницу к нему пришел его друг Аполлодор, принес красивый шерстяной хитон и столь же дорогой гиматий и стал просить, чтобы Сократ выпил яд, одевшись в этот хитон и гиматий. Он говорил, что в такой одежде Сократа не стыдно будет положить в могилу и его тело будет убрано подобающим образом. Таковы были слова Аполлодора. Сократ же остался невозмутим и, обратившись к Критону, Симмию и Федону, сказал: “Высокого обо мне мнения этот Аполлодор, если может думать, будто, после того как я выпью эту заздравную чашу, он еще будет видеть Сократа. Ведь если он полагает, что тот, кто скоро будет распростерт у ваших ног на полу, – это я, он, очевидно, совсем не знает меня”».