Всемирная история в сплетнях

В «Армадейле» «роковая женщина» Лидия Гвилт, запутавшись в переживаниях, принимает опиум, чтобы уснуть и отдохнуть. Препарат успокаивает «все ее жалкие страдания духа и тела». На следующий день, придя в себя, она пишет в своем дневнике, что провела «шесть восхитительных часов забвения. Я проснулась свежая. Написала безупречное письмо… С удовольствием выпила чашку превосходного чая. Потратила много лишнего времени на свой утренний туалет с острым чувством облегчения, и все это — благодаря маленькой бутылочке с каплями, стоящей на каминной полке у меня в спальне. Капельки, вы прекрасны! Я не люблю никого и ничего, но я люблю вас!»

Последние годы романы Коллинза намного слабее ранних, во многом виной тому — опиум.

Клуб гашишистов

В 40-е годы XIX века в самом центре Парижа в отеле Лозен на острове Сен-Луи даже существовал «Клуб гашишистов» (то есть любителей гашиша), считавшийся родом литературно-художественного салона. На самом деле члены клуба служили «подопытными кроликами» известному психиатру Ж.Ж. Моро де Туру, проводившему опыты по воздействию гашиша на психику.

Члены клуба пили крепкий кофе и употребляли давамеск — наркотик, привозимый из Северной Африки. В его состав входили корица, гвоздика, мускатный орех, фисташки, сахар, апельсиновый сок, сливочное масло, экстракт шпанской мушки и большое количество гашиша. Ритуалы клуба подражали восточным обычаям, его председателем был аристократ Вьё де ла Монтань, которого называли «Принц ассасинов». Клуб просуществовал более пяти лет, и его успели посетить многие знаменитости: писатель Теофиль Готье, карикатурист Оноре Домье, художник Поль Шенавар, скульптор Жан-Жак Прадье и его жена Луиза Дарсе (прототип Эммы Бовари).

Теофиль Готье

«Когда-то на Востоке существовала страшная разбойничья секта. Во главе ее стоял шейх, которого звали Стариком Гор, или Князем Убийц. Разбойники беспрекословно повиновались своему главе и исполняли любые его приказы без рассуждений. Никакая опасность не пугала их, даже верная смерть. По одному знаку своего повелителя они бросались вниз с высокой башни или шли убивать какого-нибудь царя прямо к нему во дворец, несмотря на стражу.

Но каким образом мог добиться Старик Гор столь полного повиновения?

Он обладал рецептом одного чудесного снадобья, которое наделяет человека ослепительными галлюцинациями.

Человек, отведавший его хоть раз, находил после своего пробуждения реальную жизнь до того бесцветной и унылой, что с радостью жертвовал ею, лишь бы снова попасть в мир своих грез. Шейх же говорил, что каждый, кто погиб при исполнении его повелений, попадает в рай, а избегнувший гибели снова наслаждался таинственным снадобьем.

Зеленоватое тесто, которым оделял нас доктор, и было то самое зелье, которым Старик Гор незаметно одурманивал своих приверженцев, заставляя их верить, что его могуществу подвластен даже Магометов рай с его гуриями трех степеней. Это был гашиш. Отсюда происходит слово „гашишист“, то есть употребляющий гашиш. Оно одного корня со словом „убийца“ — assassin. Кровожадные инстинкты подданных Старика Гор оправдывают это дикое название».

Уже в июле 1843 года Готье опубликовал статью «Гашиш», в которой вспоминал свой первый опыт приобщения к наркотику и описывал ощущения после приема давамеска, который, по его словам, «довольно близко напоминал абрикосовую пасту и был достаточно приятен на вкус».

«Клуб гашишистов» был в Париже не единственным заведением такого рода. Подобные вечера описывал Шарль Бодлер, сумевший преодолеть себя, и писательница Габриэль Колетт, не ставшая наркоманкой.