Всеобщая история кино. Том 4 (первый полутом). Послевоенные годы в странах Европы 1919-1929

«Штиллер был задет сдержанным приемом, который шведская критика оказала «Саге о Йесте Берлинге». Он продал право распространения фильма в Центральной Европе новой немецкой компании… «Трианон» за 32 500 долларов и согласился за солидный куш в 150 тысяч марок поставить фильм для этой же компании, по сценарию, написанному им самим совместно с Хилтен-Каваллиусом, о жизни русских эмигрантов. Фильм должен был называться «Одалиска из Смольного», а съемки предполагалось провести в Константинополе. Исполнителями главных ролей были намечены Эйнар Хансон и Грета Гарбо, связанные отдельным контрактом со Штиллером. Дабы не потерять окончательно талантливого режиссера, «Свенск фильминдустри» выступила в качестве сопродюсера, предоставив съемочный материал, назначив Юлиуса Янсона главным оператором и выделив некоторые средства. «Трианон» брал на себя расходы на съемки».

Фирма «Трианон-фильм» финансировалась советником Венцелем, впоследствии рейхсминистром и советником Прусского банка. В 1924 году было обнаружено, что «Трианон» запустила лапу в государственные фонды на недвижимость, и фирма с капиталом 4,5 миллиона марок объявила о банкротстве. Процесс по этому делу завершился в июле 1925 года, и все подсудимые были оправданы.

«Эти события стали катастрофой для Штиллера. Не получив ожидаемого от фильма дохода, он оказался должником «Свенска», отказался вернуться в Стокгольм и остался жить в Берлине вместе с Гретой Гарбо. Избежать полного разорения ему помогла Гарбо [и Эйнар Хансон], которую он «ссудил» режиссеру Пабсту, готовившемуся к съемкам «Безрадостного переулка».

Сам Штиллер был вынужден согласиться на предложение Луиса Б. Майера и отправиться в Америку с контрактом на 1500 долларов в неделю. Он также уговорил «МГМ» заключить контракт с Гретой Гарбо на 400 долларов в неделю.

Шёстрём и Штиллер — это вершины шведского кино. Но не они одни создавали славу шведской школы.

Актер Руне Карлстен (род. в 1893 году), работавший режиссером в «Драматен» («Королевский драматический театр»), достиг апогея уже своим первым фильмом — «Опасное сватовство» [116](1919) по пьесе норвежского драматурга Бьернстьерна Бьернсона, с участием Ларса Хансона, где действие развертывается на фоне фьордов; но это был мимолетный успех. В «Синэа» (26 мая 1922 года) появляется хвалебная рецензия Лионеля Ландри на фильм «Семейные традиции» («Familjens traditionnel*», 1920). Критик отмечал «естественное и очаровательное обрамление действия; сцену лесного пожара, посреди которого прогуливается дама в декольтированном платье; озеро в Швеции в тихом свете летней ночи; девственную грациозность Мэри Джонсон, чарующую молодость Йесты Экмана, хорошую игру Торы Тейе…».

Иван Хедквист (1880–1935), тоже актер, сотрудничал, как и Карлстен и Брюниус, с труппой «Драматен». Он начал сниматься в 1910 году в фильмах Мука Линдена, Штиллера и Шёстрёма. Особую известность Хедквист приобрел в очаровательных комедиях нравов, какой и была его первая постановка — «Птенец» («Dunungen», 1919) [117]по пьесе Сельмы Лагерлёф. Действие фильма развертывается в деревне в начале XIX века. Девушка (Рене Бьёрлинг) вдруг понимает, что ее жених — эгоист, и попадает в «сети» к своему пожилому дядюшке (Хедквист). Напоенный поэзией окружающей природы, фильм замечателен описанием замка, слуг, выпаса скота и прочего. В фильме «Каролина Редивива» (1920) [118]хроникер из «Синэа» (№ 60/70) отмечал прежде всего «виды Упса-лы, сцены студенческой жизни и живую, но сдержанную исполнительскую манеру Ивана Хедквиста». Режиссер поднялся до высокой поэзии в «Паломничестве в Кевлаар» («Vallfarden till Kevlaar», 1921). В этом фильме Хедквист, вдохновленный мистическим стихотворением Гейне, «связывает видимое движение каждой сцены с ритмом стиха, появляющегося в титрах» (Беранже). Он продолжал играть в фильмах Штиллера («Эмигранты»), Шёстрёма («Кто судит?», «Осажденный дом») и Брюниуса («Глас народный»). После 1924 года он перестает снимать и выступает лишь как актер.

Йон В. Брюниус (1884–1937) завоевал еще более громкую славу, чем Хедквист. После Шёстрёма и Штиллера его можно считать лучшим режиссером шведского немого кино. Он родился в Стокгольме и снял свои первые значительные ленты в фирме «Скандия». После «Синнёвы из Сольбакена» (1919) по Бьерстьерну Бьерн-сону и «Кота в сапогах» (1918) Брюниус поставил свой самый известный фильм — «Мельница» («Kvarnen»,

1920) по роману Карла Хьеллерупа. Картина была новой разработкой сюжета, уже хорошо известного европейскому зрителю по многим версиям, в частности по датской. Эта крестьянская драма «с верными и захватывающими деталями», «прекрасно разыгранная труппой «Свенска» (Люсьен Валь, «Синэа», № 26), была высоко отмечена во Франции и вызвала чрезмерные комплименты Брюниусу, уважаемому (но не более того) режиссеру, «умеющему руководить актерами со строгостью и сдержанностью, присущими Шёстрёму и Штиллеру, но лишенному порыва и увлеченности в ритме кинорассказа» (Беранже). Лионель Ландри делал те же оговорки, оценивая «Мельницу» («Синэа», № 35):