Всеобщая история кино. Том 6 (Кино в период войны 1939-1945)

В мае 1940 года в страну внезапно вторглись гитлеровцы. Три нидерландские студии остались в целости и сохранности. Но в период гитлеровской оккупации голландскими режиссерами, по-видимому, не было предпринято ни одной постановки. В 1939 году на экранах страны шло только 15 процентов немецких фильмов против 62 процентов американских и 14 — французских. Некоторое время спустя Геббельс изгнал Голливуд с нидерландских экранов и использовал их в своих интересах. Овладев студиями, он снял несколько полнометражных фильмов. Частично там же режиссер Штайнгоф снимал «Рембрандта» (1942).

К моменту освобождения Голландия, которая сильно пострадала в 1940 году и во время последней военной зимы, частично была затоплена и лишилась всех своих студий. Студия в Амстердаме была разрушена во время бомбардировки англо-американскими самолетами [293]. Студия в Гааге, разграбленная гитлеровцами, была полностью выведена из строя. Разногласия между владельцами помешали ее переоснащению, и она не могла вступить в строй до конца 1947 года.

Поэтому в первые месяцы после мая 1945 года пришлось довольствоваться выпуском нескольких документальных картин, и в частности фильмов «Голод» Руди Хорнекера (о царившем в то время ужасном голоде) и «Последний выстрел» (The Last Shot) Джона Ферно, работавшего оператором у Йориса Ивенса; последний был создан нидерландским правительством в сотрудничестве с Британским министерством информации.

Совсем особое место занимает документальный фильм «На дороге вместе» Джона Коя (сценарист)и Отто Ван Нейенхоффа, показанный в Канне в 1946 году. Фильм рассказывает о движении Сопротивления в Голландии и о жизни в концентрационном лагере. Некоторые сцены были сняты авторами с риском для жизни во время оккупации, тайком от гитлеровцев. Этот фильм-свидетельство, трогательный и искренний, сделан в лучших традициях богатой документальной школы, ярким представителем которой является Йорис Ивенс.

Производство и эксплуатация были в значительной степени сконцентрированы в «Нидерланд Биоскооп Бонд». Этот синдикат в 1945 году отказался принять условия, которые выставил Голливуд, добивавшийся возвращения своих фильмов на нидерландские экраны. В докладе Эрика Джонстона в то время отмечалось:

«Что касается Голландии и Нидерландской Индии, то «Биоскооп Бонд» — кинематографическое объединение крупных коммерсантов, — сумел создать монополию. В конце 1945 года, когда Экспортная ассоциация начала свои операции в Голландии, «Бонд» под угрозой бойкота запретил своим членам покупать фильмы США» [294].

Голливуд ответил «контрбойкотом» и отказался экспортировать свои новые фильмы в Нидерланды. Но он пустил в прокат запас своих старых фильмов и добился таким путем сохранения за собой 40 процентов программ (из 62 в 1939 году). Великобритания использовала это обстоятельство, захватив часть рынка. Английские фильмы, очень редкие на голландских экранах в 1939 году, в 1946 году составили 28 процентов программ.

БЕЛЬГИЯ [295]

В этой густонаселенной стране с преобладанием городского и индустриального населения кинофикация и посещаемость были самыми высокими в Западной Европе (исключая Великобританию), и в частности выше, чем во Франции, Голландии, Швейцарии и Дании.

Бельгия, плотность населения которой в два с половиной раза больше, чем в Дании, казалось, могла бы иметь хорошо развитое национальное кинопроизводство. Но ее население складывается из двух «национальных меньшинств» — валлонцев и фламандцев, различия между которыми не всегда сводятся только к различию языков. Валлонцы, говорящие на французском языке, испытывают сильное влияние Парижа, где вместе с выдающимся режиссером Жаком Фейдером обосновалась весьма многочисленная группа бельгийских актеров (Леду, Фернан Гравей, Раймон Руло) и сценаристов (Шарль Спаак, Альбер Валантен и другие).

С приходом в кино звука в Брюсселе и в Эттербеке (пригороде столицы) были оборудованы две студии. Вместе они располагали тремя съемочными площадками. Но, по всей вероятности, перед войной бельгийская кинопродукция составляла в среднем не более четырех-пяти фильмов в год. Большая часть звуковых фильмов на французском языке была создана совместно с Францией. До 1940 года в Брюсселе не было поставлено ни одного фильма, представляющего интерес в художественном отношении. Самый плодовитый режиссер Гастон Шукенс был специалистом по грубым фарсам в стиле «бёлеманс» [296].

Но на основе киноклубов возникает интересная школа документалистов в духе «авангарда» во главе с Анри Сторком, Шарлем Декекелером, Андре Ковеном [297]. Лучший в Западной Европе в период 1930–1940 годов фильм большого социального звучания был поставлен в Бельгии («Боринаж» Йориса Ивенса и Анри Сторка, 1934).