Вспышки Золота

Келтеон сделал знак двум своим людям опустить веревку с плетеным сиденьем, чтобы поднять маму. Я крикнула вниз:

— Не волнуй, мама. Сядь на веревочный стул. Все будет хорошо. — Я горячо молилась, чтобы это была правда.

Я услышала неуверенное «хорошо» и переключила свое внимание на Келтеона и мужчин, вытаскивающих маму из колодца. Когда ее голова просунулась в отверстие, я изо всех сил попыталась ободряюще улыбнуться, следя одним глазом за Келтеоном на предмет любых подозрительных движений, которые могли стать сигналами.

Он стоял совершенно неподвижно, пока мама не встала по другую сторону колодца от меня. Я двинулась к ней.

— Перестань, Мэри. Я уверен, что ты поймешь, но я должен держать вас обеих на расстоянии, пока наша сделка не будет завершена, строго для того, чтобы ничто не нарушило наше деловое соглашение, конечно. — Половина лучников Келтеона окружила меня. Другая половина окружила маму.

— Я слышала, на что ты согласилась, и не потерплю этого. — В голосе мамы звучала ярость. — Ты отпустишь мою дочь, а я останусь.

— Боюсь, ты мне больше не нужна. — Келтеон подал знак солдатам, чтобы они погнали нас вперед. Я услышала, как мама всхлипнула, прежде чем взяла себя в руки, и поняла, что ее яростное требование было маской отчаяния. Я знала, что она так же стремилась защитить меня, как и я ее. Я не могла ее видеть. Слишком много людей сгрудилось вокруг нас, закрывая мне обзор.

— Не волнуйся, мам. Все будет хорошо, — солгала я. Она не ответила.

Поход к главным воротам был удручающе медленным из-за трудности держать идеальный строй вокруг меня, ведь им приходилось еще и целиться в мое лицо. Я подумала с мрачным юмором, что если кто-нибудь споткнется, то все погибнут. Келтеон шел позади моего круга, и я чувствовала, как его острый взгляд приклеился к моей спине, словно холодный ветерок. Я была уверена, что он внимательно следит за любыми магическими движениями.

Когда мы добрались до лестницы, ведущей на вершину стены, несколько солдат пошли впереди меня, поднимаясь по ступеням спиной вперед, чтобы держать арбалеты нацеленными мне в сердце, а остальные шли сзади. Как только мы вышли из прохода и оказались на стене, они снова окружили меня, пока Келтеон и мама не появились в кругу охранников.

Со своего места я не могла заглянуть за стену из-за окружавших меня людей и каменных перил высотой по пояс, которыми защищали защитников города от стрел и других снарядов. Я на мгновение задумалась, имели ли истинные граждане Керлна возможность использовать свою стену для защиты от Келтеона до того, как он и его армия захватили власть.

— Опустите ее за стену, — приказал Келтеон. Я попыталась разглядеть своих похитителей, когда веревки, использованные в колодце, были вынесены вперед, и маму заставили вернуться на плетеное сиденье.

— Мэри, мне так жаль, — всхлипнула она, пытаясь поймать мой взгляд сквозь свою и мою охрану. Мои щеки были влажными, зрение затуманенным. Я попыталась вытереть глаза, чтобы как можно дольше следить за ней.

— Это не твоя вина, мам. Это мой выбор. Когда вступишь на землю, беги прямо в лагерь короля, хорошо? — Я старалась говорить спокойно, когда она скрывалась из виду. — Скажи им, чтобы они не пытались спасти меня. Очень важно, чтобы они поняли, что теперь я представляю для них опасность. — Если выживу, добавила я про себя.

Я повернулась к Келтеону в беспомощном гневе.

— Частью нашего соглашения было то, что я увижу, как мама благополучно доберется до короля, но я ничего не вижу ни под этим углом, ни сквозь этих людей.

— Как пожелаешь. Только не делай ничего опрометчивого. Твоя мать все еще в пределах досягаемости моих лучников, как и ты.

Солдаты толпой придвинулись к краю стены, давая мне посмотреть. Мама соскочила с веревочного сиденья и отошла от стены так быстро, как только могла босиком. Впереди нее группа из примерно сотни человек стояла лагерем вне пределов досягаемости Келтеона.

Они были слишком далеко, чтобы различить их лица, хотя я не знала никого, кроме короля, генерала и Бриоана. Но подумав о Бриоане, я поняла, что он, должно быть, добрался до короля вовремя, чтобы предупредить их не идти вслепую в Керлн.

Группа заметила маму. Когда она подошла ближе, я увидела, что охранники действуют быстро. С военной точностью они образовали плотный заслон. Позы их были напряженными, с луками наготове. Когда мама увидела враждебность группы, она замедлила шаг и подняла руки вверх.

Один из мужчин в линии опустил лук. Должно быть, он что-то крикнул другим мужчинам, потому что все остальные последовали его примеру. Потом этот человек направился к маме. Мне не нужно было видеть его лицо, я узнала эту плавную походку. Бриоан подошел к ней и вежливо поклонился, прежде чем предложить руку, чтобы проводить ее до лагеря короля. Должно быть, она что-то сказала, пока они шли, потому что Бриоан внезапно обернулся и посмотрел на стену. На мгновение мне показалось, что он увидел меня, но затем один из солдат Келтеона оттащил меня назад.

Я выдернула руку из его хватки, но замерла, когда арбалеты качнулись в мою сторону.