Встречи на краю. Диалоги с людьми, переживающими утрату, умирающими, исцеляющимися и исцелившимися

В каком-то отношении это своеобразный жизненный «университет», и, возможно, когда вы вернётесь к своей психотерапевтической практике, вы станете воспринимать эти вещи иначе: не станете придавать «смысл» каждому событию в жизни человека, но, напротив, будете воспринимать его как процесс. Возможно, вы начинаете понимать, что никаким «смыслом» полностью не охватить жизни, что мы не ограничены тем, что может вообразить себе ум. Может быть, в процессе терапии вы будете делиться с клиентами этим удивлением – полным неведения – перед тайной жизни. Как ни странно, ум, особенно когда ему угрожают, пытается найти в жизни «смысл», заключить некую интеллектуальную сделку с неизвестностью. И вы, наверное, понимаете, что даже такой «смысл» есть препятствие на пути к истине, очередная стена, за которой мы прячемся. Наверное, вы понимаете, что эти «смыслы» тормозят процесс освобождения. Как ни странно, из-за того, что вы пытаетесь придать происходящему «смысл», Мартин остаётся мёртвым, он остаётся отдельным объектом ума, но, когда вы откажетесь от попыток осмыслить произошедшее, он сможет свободно жить в вашем сердце. Это позволит вам переживать сущность вашего единого существования, сущность бытия. Знаете, когда мы кого-то любим, это чувство связано не с конкретным человеком; он просто становится зеркалом, отражающим ту часть нашей души, которая полна любви. И когда мы теряем любимого человека, это зеркало разбивается. Мы теряем свою связь, контакт с нашей изначальной природой, сущность которой состоит в любви. Мы оплакиваем утрату своей связи с той частью нашей души, которая отражена в другом существе. Мы оплакиваем себя.

К.:

Кстати говоря, я последовала совету Ондреа и стала вести дневник. Поначалу, наверное, я думала, что дневник поможет мне раскрыть какой-то «смысл» того, что произошло с Мартином. Впрочем, в первое время я по большей части писала о своей боли, но постепенно положение дел понемногу меняется, хотя бывают дни, когда мне кажется, что мой ум осенит некая идея, некий «смысл», что я вот-вот запишу её, что меня ждёт удивительное осознание, но на бумагу изливается только боль и горечь. И проявляются многие части моей души, которые прежде были скрыты. Мои страхи, мои отношения с людьми, сомнения. Я поделилась своими записями с сестрой, и она сказала, что некоторые вещи сильно её расстроили, а фрагменты, связанные с ней, заставили её почувствовать себя ужасным человеком. Мы чуть не надорвались от смеха, ведь это безумно смешно. Но когда вы скрываете эти чувства, они превращаются в жуткие тайны.

С.: Тогда они становятся содержаниями «тайного ума», резервуара, где хранится ощущение нашей собственной никчёмности и наших тайн, который отделяет нас от жизни.

К.:

Я не хочу больше прятаться в тени. Я хочу жить – и неважно, что происходит в жизни, а в ней, кажется, случается едва ли не всё, что можно себе представить и о чём мы боимся думать. Иногда повсюду я вижу только боль, но в иные моменты возникает ни с чем несравнимое чувство лёгкости.

С.: Возможно, вы ощутите даже экстаз, ведь на некоем уровне вы соприкасаетесь с великой тайной жизни и какой-то частью души понимаете это, переживая восторг от того, что стоите перед лицом истины. Просто наблюдайте за тем, как возникают и уходят эти состояния ума. Вы испытаете полный спектр эмоций, чувств и мыслей. Во всей красе они появятся в вашем уме. Уж поверьте мне.

К.:

Кажется, у меня нет выбора. Я просто так или иначе их переживаю.

С.: Просто примите происходящее и постарайтесь проявлять как можно больше чуткости, мягкости и терпимости по отношению к безумствам ума. Даже к безумству, которое требует, чтобы Мартин вернулся. Когда ум не удовлетворён, он не знает, что делать, поэтому цепляется за всё, что, по его представлению, заставит боль утихнуть.

К.:

Я отдала его одежду в сиротский дом. Я не хотела отдавать её знакомым людям, поскольку мне не хотелось видеть, что кто-то носит эти вещи. Но мне было ужасно тяжело упаковывать его одежду. Мне приходилось говорить себе: «Ладно. Если он вернётся, ты сможешь купить ему новую одежду». Я понимала, что это совершенное безумие, но иначе вести себя я не могла.

С.: Вы просто начинаете видеть, как мы налаживаем связь с самыми странными проявлениями ума, и что всю свою жизнь мы этим занимались. Просто теперь это стало очевиднее. В частности, по этой причине вы чувствуете такую боль. Многочисленные части нашей души, которые мы отвергали, в переживании утраты всплывают на поверхность. Поэтому горе способно безгранично исцелять.

К.: Безусловно, это не самый лёгкий способ чему-то научиться.