– Без проблем, – спокойно произнёс Александр, – Валя выдай ему аванс, – обратился он к бухгалтеру.
Получив аванс пятьдесят рублей, Дима радостный пошёл домой через магазин. Там он купил бутылку водки для отца и продукты для семьи: макароны, хлеб, батон, две банки мясной тушёнки. Дома отца не было, а мать сидела на кухне грустная и отсчитывала Пете мелочь. До тридцати копеек у неё не хватало десятки.
– Я сейчас взял в лесничестве аванс, – весело сказал старший сын, и положил тридцать рублей перед матерью на стол, а двадцать оставил себе.
– Ой, спасибо, сын! – обрадовалась мать. – Теперь мы заживём хорошо, коль ты будешь работать.
––
В один из следующих дней, Дима приехал на свой участок леса продолжать чистить просеки. День был тоже солнечный, и настроение у него было хорошее. К работе топором он приступил с большим энтузиазмом и стал срубать кустарник.
Вдруг, где-то поблизости прозвучали несколько выстрелов с небольшим промежутком. Затем послышались мужские голоса. Видимо, стреляли из ружья. У парня ёкнуло в груди: «Уж не браконьеры ли?» Он перестал работать и решил незаметно подойти, чтобы посмотреть, кто это. Перебежками от дерева к дереву, стараясь не попасть под пули, если опять будут стрелять, он приближался к тому месту. Голоса слышались уже совсем близко.
На лесной, старой дороге, он увидел милицейский уазик с синей полосой и надписью «милиция». Рядом, на полянке, четверо мужиков разделывали ножами тушу убитого лося. Один из них был в форме милиционера. При виде стража порядка, Дима успокоился, решил, что у них есть лицензия на отстрел лося и подошёл к ним.
– Здорово, мужики! – поздоровался Дмитрий.
– Здорово, коль не шутишь, – ответили они и как-то настороженно переглянулись между собой.
Посмотрев на него, милиционер спросил: «Ты чего тут делаешь?»
– Просеку чищу, – показал он топор в руке.
Мужчины тихо меж собой посоветовались и решили дать ему большой кусок мяса.
– Иди, выбирай себе свою долю, – говорили они, – и помалкивай, что видел нас. Дима сначала обрадовался мясу, но слово «помалкивай» навело его на подозрение. Он хотел спросить о лицензии, но побоялся. И так уже понял, что они убили лося не законно, и могут убить и его.
Один из мужчин взял у него топор, чтобы быстрее рубить мясо.
– Что за бумага торчит у тебя из кармана? – спросил Диму другой мужик, с красным лицом. Видимо, был выпивши, и сам вытащил у него из нагрудного кармана пиджака планкарту леса.
– Дай-ка сюда, – перехватил у него бумагу милиционер. Судя по пустым погонам рядовой.
– Ты кем в лесничестве работаешь? – спросил он, изучая карту, на которой стоял штамп лесничества.
Диме пришлось признаться, что работает ещё только неделю лесником. Браконьеры испуганно переглянулись, и один из них сзади обхватил парня.
– Давайте привяжем его к дереву….
В машине нашли верёвку и стали привязывать молодого лесника к дереву. Он упирался и просил:
– Отпустите меня, я никому ничего не скажу….
Милиционер предупредил: «У нас руки длинные, мы тебя, если что, из-под земли достанем». Мужики отошли в сторону, чтобы привязанный к дереву парень не слышал, о чём они говорят. Но у Димы был острый слух. Тем более в опасной ситуации слух ещё больше обострился. До него донеслись отдельные слова «убить», «сесть надолго за это», и некоторые менее страшные выражения матом.
Совещались не долго, и все четверо подошли к привязанному к берёзе пленнику. У милиционера в руке был пистолет. Дима чуть не потерял сознание от страха, ожидая получить пулю в сердце. Его ноги подкосились от нахлынувшей слабости и беспомощности. Руки сзади были крепко привязаны к берёзе верёвкой, и он ослабленный повис на руках, в неудобной позе.
– Пока убивать тебя не будем, – мирным тоном произнёс милиционер. – Надеюсь, к утру ты развяжешься, если волки не съедят. Подумай, что дальше будешь делать: молчать или нас закладывать? Но имей в виду, у нас обширные связи…. Они отошли к машине, а милиционер оглянулся и крикнул: «Когда развяжешься, не забудь всё зачистить и закопать!»
Вскоре машина затарахтела и браконьеры уехали. Был ещё полдень. Солнце хорошо грело, но парня трясло не от холода, а от перенесённого стресса. В штанах стало сыро и неприятно пахло. Он пытался высвободить от верёвки руки. Сил уже не было, сердце почти не билось. Слабость охватила всё тело. Верёвка была бельевая, но кисти рук затекли и ничего не чувствовали. На какое-то время он от слабости повис на руках и забылся.
В сознание его привели крики ворон, слетевшихся на разделанную тушу лося. Их было не много, штук пять. «Они могут выклевать мне глаза», – мелькнула в его голове мысль, и Дима собрал свои силы, чтобы освободиться от верёвки. Он пытался о ствол берёзы перетереть её. Дело это требовало много усилий, а слабость его не покидала. Периодически он отдыхал и вновь тёр верёвку об берёзу.
Не заметно наступил вечер. Силы начали восстанавливаться, и он более энергично дёргал руками. Однако очень захотелось, есть, и ещё больше пить.