Второй кубанский поход и освобождение Северного Кавказа. Том 6

Под вечер 7-го, отдохнув в течение дня, мы двинулись ночным маршем в направлении станции Кисляковская. Под утро следующего дня мы начали разворачивание и двинулись на соединение с окопавшимся вокруг станции противником. Он нас встретил ураганным огнем, и наши порывы и попытки продвинуться вперед не имели успеха. На левом фланге нашего полка произошла заминка, и он стал отходить, преследуемый красными. Бросив на этот участок из резерва пулеметы и две сотни пехоты, выравняли положение и загнали красных в исходное положение. Поле боя стонало от грохота разрывающихся снарядов, трескотни ружейной и стрекотания пулеметов. Противник оказывал и дальше упорное сопротивление и местами старался снова перейти в наступление. Лишь после полудня, когда Покровскому удалось обойти станицу и ворваться в нее, большевики заметно стали нервничать, боясь обхода с тыла. Мы стремительно перешли в наступление, ворвались в их расположение и овладели станцией, преследуя бежавшего противника в открытом поле.

Но… отойдя версты 3—4 и, по-видимому, отправившись и пополнившись подошедшей помощью, противник повернул и перешел в контрнаступление. Снова начался упорный бой. То мы отходили, то заново его отбрасывали, и лишь к вечеру, бросив в бой все свои резервы, мы разбили его наголову, и красные стали в беспорядке отходить и исчезли за горизонтом.

Ночь на 9-е мы провели спокойно. Также и весь день.

Кущевка

На рассвете 10-го мы очутились в виду Кущевки, предполагая ее штурмовать. Наша колонна 1-й дивизии Кутепова и дивизии Покровского вошли в нее без боя. Кущевка была очищена противником в ночь на 10 июля. Последние арьергарды разбитой нами армии Сорокина спешно отступили по Черноморской железной дороге.

С севера подходили донские части… и немцы. По приказанию Деникина отделявший нас от них железнодорожный мост через реку Ею был взорван.

Ставрополь

В тот же день, по вступлении в Кущевку, мы из сводки Штаба Армии узнали о взятии Ставрополя. Нашей дивизии приказано погрузиться для переброски по железной дороге на екатеринодарское направление через Тихорецкую.

Дивизию от Кутепова принимает генерал-лейтенант Казанович. Кутепов остался при дивизии и стал бригадным командиром. По основному роду оружия генерал Казанович – артиллерист.

Прибыв на станцию Тихорецкая 12 июля, наш 1-й Кубанский стрелковый полк получает спешное задание с двумя батальонами (батальон Крижановского остался в распоряжении генерала Казановича) и всеми пулеметами полка, при гаубичной батарее, двинуться по железной дороге через Кавказскую, которая была в руках Боровского, на выручку Ставрополя.

Будучи с 8-го на 9-е очищен большевиками без боя по ультимативному требованию подошедшего к городу партизанского отряда войскового старшины Шкуро, он через несколько дней подвергся с их стороны нападению. Слабые силы гарнизона Ставрополя едва его удерживали, и вот-вот город попадет в лапы большевиков. Впоследствии, но уже другим, пришлось неоднократно выручать Ставрополь.

Высадившись на другой день перед городом и развернувшись в боевой порядок, мы ударили по наступающим на город большевикам и разбили их наголову, взяв большое количество пленных. Встревоженные жители города успокоились и с энтузиазмом приветствовали освободителей, а благородные «отцы города» решили нас чествовать. До поздней ночи и на следующий день мы были заняты очищением районов вокруг города.

На другой день командир полка подполковник Туненберг получил от «отцов города» уведомление об устраиваемом в честь освободителей банкете с приглашением всех господ офицеров и просьбой явиться на таковой 16-го к полудню.

Такое неожиданное приглашение вызвало в нашей среде приятное возбуждение. В течение многих месяцев нашей боевой жизни мы оторвались от «культуры», ведя примитивный образ жизни, а тут, попав в большой город, культурный центр, чувствовали себя как бы не совсем на месте. Но… Приобщение началось: все стали приводить себя в порядок – мыться, бриться, чиститься, лататься. Начали щеголять в ярко начищенных сапогах – конечно, у кого они еще имелись и сохранились. Молодежь «сияет», а кто из нас не был молод тогда? «Старики» – этак в возрасте 30—40 лет – более серьезны: неловко как-то проявлять «легкомыслие»! Все забыто – недавние страды – хоть день, да наш! А тут «потчуют», и еще – как освободителей! Картина незабываемая! Мечты, мечты роятся в наших головах… нам дано… мы победим… и встанет из праха и засияет снова Родина наша…

Не успели отзвучать приветственные речи и наши ответные тосты, как начались боевые будни.

Поступила телеграмма из Штаба Армии – мы отзывались: «Немедленно погрузиться точка прибыть в Тихорецкую точка за инструкциями явиться Штаб Армии точка Генерал Романовский».

По-видимому, мы им спешно нужны. Что могло там случиться? Думаю, что и комендатура на станции уже тоже имеет соответственные инструкции приготовить нам состав для погрузки нашего эшелона. Не будем терять времени!

Положение на нашем центральном фронте – екатеринодарское направление

К 15 июля ситуация для наших войск этого направления была следующая: