Второй рейх. Не надо воевать с Россией

Резкая критика, направленная против меня, никогда не может повредить моей любви к своей стране и народу. Я остаюсь верен немецкому народу, совершенно независимо от того, как относится ко мне теперь каждый отдельный немец. Я благодарен тем, кто, как раньше в счастливые времена, остается и теперь в несчастье верен мне. Они поддерживают меня и облегчают гложущую меня тоску по возлюбленной родине.

Тех, кто по честному убеждению выступает против меня, я могу лишь уважать. Другие путь сами несут ответственность перед Богом, своей совестью и историей. Этим людям не удастся разлучить меня с немецким народом. На свою страну и народ я могу смотреть лишь как на одно целое. 4 августа 1914 г. я сказал при открытии рейхстага в Берлине: «Я не знаю больше партий, я знаю теперь лишь немцев»; так оно с тех пор и осталось для меня…

* * *

Переворотом были уничтожены огромные ценности. Он был совершен в тот момент, когда предстояло закончить борьбу за существование немецкого народа и напрячь все свои силы для восстановления разрушенного хозяйства.

Переворот был преступлением по отношению к народу. Я очень хорошо знаю, что многие, стоявшие под социал-демократическим знаменем, не хотели революции. Отдельные социал-демократические вожди также не хотели революции в этот момент; некоторые из них были готовы работать со мной. Эти социал-демократы, однако, не сумели помешать революции; поэтому и они несут ответственность за нынешнее положение тем более, что социалистические вожди стояли ближе к революционным массам, чем представители монархического государства, и могли, таким образом, иметь на них больше влияния.

Но социал-демократические вожди еще в довоенное время несли в массы революционные идеи, и социал-демократия с давнего времени была открытым врагом прежнего монархического строя, стремясь, согласно своей программе, к свержению его. Она сеяла ветер и пожала бурю. Некоторые социал-демократические вожди не одобряли момента, который был избран для переворота, и порицали методы, которыми он был совершен. Но именно они в решительный час передали руководство движением необузданным элементам и не употребили всего своего влияния для сохранения государства.

Правительство принца Макса обязано было защитить старый государственный строй. Оно не выполнило своей священной задачи, так как попало в зависимость от социалистических вождей, которые уже тогда потеряли свое влияние на массу и вынуждены были в дальнейшем уступить место более радикальным элементам. Главная вина падает, таким образом, на вождей. Поэтому история возложит ответственность за переворот не на немецких рабочих, а на их вождей, поскольку последние вызвали революцию или не воспрепятствовали ей, как и на правительство Макса Баденского.

При мне немецкие рабочие превосходно сражались на фронте и годами работали в тылу над производством вооружения и военного снаряжения. Об этом не следует забывать. Раскол среди рабочих произошел лишь впоследствии. В этом, однако, повинны лишь агитаторы и бунтовщики, а не достойные патриотические элементы рабочего класса. Подлинными виновниками полной гибели Германии являются бессовестные подстрекатели.

Придет время, когда и рабочий класс поймет это.

* * *

Настоящее Германии тяжело. В будущности же здорового и сильного народа я не сомневаюсь. Народ, прошедший такой неслыханный путь расцвета, какой совершили немцы с 1871 г. по 1914 г., нацию, успешно сражавшуюся в оборонительной войне против 28 государств в течение свыше четырех лет, нельзя стереть с лица земли. Мировое хозяйство не может обойтись без нас.

Но нельзя ждать и рассчитывать на помощь извне для того, чтобы снова достичь того мирового положения, какого заслуживает Германия. Такая помощь не придет. Надежды немецких социал-демократов на помощь со стороны интернациональной социал-демократии также не оправдались. Интернациональная часть социалистической программы оказалась чудовищным заблуждением. Рабочие государств Антанты выступили в поход против немецкого народа, чтобы уничтожить его. Нигде не было и следа международной солидарности рабочих масс. Это заблуждение является одной из причин неблагоприятного для Германии исхода войны. Английские и французские рабочие были ориентированы своими вождями правильно, т. е. в национальном духе, тогда как ориентация немецких рабочих была неправильной, т. е. интернациональная.

Немецкий народ должен полагаться лишь на свои собственные силы, а не на помощь со стороны кого-либо другого. Когда во всех слоях нашего народа снова пробудится национальное самосознание, тогда начнется возрождение. Все классы населения, хотя бы их пути в других областях государственной жизни и расходились, в национальном чувстве должны быть едиными. Именно в этом обстоятельстве кроется сила Англии, Франции и даже поляков.