Второй шанс для мажора или Фей-крестный поневоле

– Сука ты, а не Кобра! Мужика трахать надо, а не мозг окружающим! – зло выпалил он, подаваясь вперед.

– Хочешь поделиться богатым опытом? – равнодушно бросила девушка, на секунду отвлекшись от выкладывания канцелярии на парту. Смех вокруг на этот раз прозвучал громче.

– Да ты… – я положил руку на плечо другу, удерживая его на месте и затыкая одновременно. Курту соображалки не хватает тягаться с ней, чуть что, сразу бычить начинает. Тут надо тонко…

– А ты на меня посмотри, Янка! – окликнул я ее, цепляя самую обворожительную улыбку на лицо. Из разряда «бери меня с потрохами, детка, не пожалеешь», – хочешь, я решу твою проблему с одиночеством? Поверь, удовлетворю так, что точно подобреешь.

Кобра медленно обернулась, пока я предвкушающе сузил глаза. Знаю наверняка, что молчать не станет.

– Уверен, что мою проблему? – спросила, складывая руки на груди.

– А чью ж еще? У меня проблем с сексом нет, – не выдержал, рассмеялся. Как легко я ее сделал! Теперь еще месяц это припоминать ей буду!

– Странно… а я думала, у тебя психолог знакомый без работы сидит, а семью кормить надо, – протянула девушка, все так же внимательно глядя на меня.

– Что? При чем тут психолог? – немного опешил я от неожиданности. Что за дурь?

– А при том, что после твоей «помощи», – последнее слово она произнесла с таким выражением, будто я ей из лужи предложил напиться, – мне обеспечена наверняка только психотравма. А лишних денег на специалиста у меня нет. Времени тоже. Так что спасибо, но обойдусь подручными средствами. Там, по крайней мере, зашкаливающего самомнения нет. А качество есть.

Хохот грохнул такой, что я от злости скрежетнул зубами, сжав кулаки.

Вот же… Кобра!

Последней парой стояла практика по гинекологии. Цикл, длившийся почти три недели, сегодня подошел к концу, и преподавательница, строгая немолодая тетка с короткой стрижкой и цепким взглядом, выжала нас досуха, устроив зверский зачет по пройденному материалу. Меня спасла только моя обворожительная улыбка и виноватые глаза – парней на курсе было мало, поэтому преподавательницы часто «велись» на наши смазливые рожи. Вот и сейчас журнал украсился жирной четверкой с огроооомным минусом напротив моей фамилии, а в спину полетели недовольные шепотки. Плевать. Главное – результат.

– Не расходимся! – командный тон Кобры осадил самых прытких, заставив прижать полупопия к стульям, – если кто забыл, напоминаю – в честь окончания практики за нами уборка кабинета. Поэтому быстро девочки за тряпки, мальчики за ведра, и через полчаса все будем свободны.

Я едва не застонал. Какая, к чертовой матери, уборка? Хотелось жрать, спать и трахаться, а не драить никому не нужный кабинет. Я уже предвкушал бурную ночь в «Самурае», поэтому решил попробовать отмазаться от несомненно полезной общественности, но абсолютно не впившейся никуда лично мне деятельности.

– Коб… Янка, я, к сожалению, должен уйти. Мне… в библиотеку атлас сдать срочно надо! – придумал я на ходу вполне себе адекватную причину сбежать. Даже приятно удивился собственной сообразительности.

– Атлас? Смеешься, Баринов? Ты его в глаза то видел, вообще? Лучше бы сказал, что Камасутру до дыр затёр, и то правдоподобнее бы вышло, – издевательски хмыкнула Кобра, протирая подоконник от пыли.

– Да иди ты к черту, я сказал, как есть, – дернулся я, собрав вещи и делая шаг к двери. Плевать мне на ее мнение, не прикует же она меня наручниками к батарее, в самом деле!

– Да, ладно, иди, – примирительно отозвалась девушка, а я аж споткнулся от ее тона, обернувшись. Но расслабился зря.

– Беременные, пенсионеры и инвалиды могут не участвовать, – припечатала она с серьезным лицом, в упор смотря на меня.

А я почувствовал, как нервно сжимаются кулаки в желании задушить одну безмерно раздражающую меня женскую особь. Ее усмешка окончательно вывела меня из себя и я, не найдя, что бы ответить достаточно емкого и ехидного, вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью. Сука рыжая!

Заведение и впрямь оказалось очень интересным. Под бдительным взглядом рослого охранника мы прошли к раздевалке и сдали куртки, получив по маленькому металлическому номерку. Дальше, мимо огромного зеркала, от которого пришлось отдирать Маринку с боем, было два пути. Прямо располагался большой зал со столиками, длинной барной стойкой и небольшой сценой слева от нее. Там уже копошились три парня и девушка, раскладывая аппаратуру. И была еще одна широкая металлическая лестница, ведущая наверх – там находились, так называемые вип-кабинки. Сама кабинка представляла собой небольшое помещение со столом на шесть-восемь человек и тремя мягкими диванчиками вокруг него. Музыка здесь не била по ушам, давая возможность нормально разговаривать.

– Ну, вы пока располагайтесь, заказывайте, а мне отойти надо. Ненадолго, – бросил Курт и, подмигнув Маринке, взялся за дверную ручку.

– Курт! Ты помнишь, о чем мы договаривались? – с явным предупреждением в голосе бросил я в догонку, – я не шутил.