Выбор. Правила Голдратта

– Вот теперь ты мыслишь верно, – судя по всему, отец был доволен. – Давай предположим следующее: мне удалось установить, что продажи альтернативной продукции выросли на такую же величину. Как ты думаешь, обоснованно ли в этом случае утверждение, что в основе обоих полученных эффектов – одна причина: изменение предпочтений рынка?

Не похоже, чтобы рост продаж альтернативной продукции и спад объемов наших продаж были всего лишь совпадением. Я громко заметила:

– Изменение предпочтений рынка остается единственным правдоподобным объяснением, которое я могу рассматривать. Но я все равно не понимаю, какова причина этой причины – я не знаю, вследствие чего предпочтения рынка изменились. Возможно, мы сами спровоцировали это, ухудшив обслуживание или повысив цены. А, может быть, мы не виноваты, и изменения вызваны какими-то внешними факторами. Чтобы вникнуть в суть, требуется больше информации. Но сейчас я понимаю: наши продажи упали из-за того, что изменились предпочтения рынка. Простая логика. Однако второй результат – рост продаж альтернативных продуктов – ты взял из воздуха. Как же мне быть с ним?

– Мы вернемся к этому, когда ты укрепишь понимание основ, – пообещал отец. – Итак, мы знаем: логика замкнутого круга не дает возможности установить истинные причинно-следственные связи, а для логики, простой логики, это необходимо. Чтобы выявить причину, необходим как минимум еще один результативный эффект – эффект, подтвержденный прямыми данными. Более того, как только причина будет установлена, ты выйдешь из тупика – твой разум начнет искать более глубокие причины. И тогда ты обязательно докопаешься до корневой причины.

С этим я согласилась.

– Сейчас же мы вернемся к твоим опасениям в связи со вторым эффектом. Прежде всего, замечу – твое беспокойство вполне оправданно, потому что обнаружение второго возможного эффекта требует нестандартного, оригинального мышления, выходящего за рамки, в которые мы сами себя загоняем, упершись в первоначальный эффект и обсуждение его возникновения. Если мы обратимся к последнему примеру, чтобы выявить второй эффект, мы должны расширить обзор и сконцентрироваться не только на наших товарах – нам надо постараться охватить и альтернативную продукцию, которая, кстати, может очень сильно отличаться от нашей.

Я постаралась усвоить и оценить объяснения отца.

– Сложность в том, что если я, на самом деле, не уверена в существовании второго эффекта, то я могу не перешагнуть установленные границы мышления. Всегда спокойнее оставаться внутри, в привычном и комфортном пространстве, чем совершить рывок наружу, в полную неизвестность. И если второй возможный эффект лежит вне очерченных пределов, я его никогда не найду. Просто махну рукой на поиски и окажусь в силках тавтологий.

– Точно. – Отец был доволен. – Твое последнее наблюдение высвечивает всю важность идеи Прирожденной простоты. Прирожденная простота указывает, что, по мере того, как мы углубляемся в ситуацию, все причины сходятся. Схождение, в свою очередь, означает, что каждая весомая причина отвечает не только за одно последствие. Более чем за одно». Убежденность в Прирожденной простоте дарит нам уверенность, что у любой серьезной причины есть как минимум два разных последствия.

– Понятно.

Отец не останавливался:

– Ты права и в том, что мы, выбравшись за пределы своего мышления, обычно не знаем, куда направить взгляд. Была необходима личность масштаба Ньютона, чтобы открыть нам глаза на суть конвергенции. Это означает, что во многих случаях, пока мы не установим исходную причину, нам будет казаться, что следствия не имеют между собой ничего общего и относятся к совершенно разным ситуациям. Убежденность в Прирожденной простоте помогает поверить, что всегда существует как минимум еще одно следствие – чтобы определить его, надо расширить круг поиска. Большинство людей обладают достаточной интуицией и, благодаря такой убежденности и после некоторой практики, могут легко выявлять следствия, подтверждающие или опровергающие предполагаемую первопричину. Прирожденная простота открывает дверь для работы с абстрактными понятиями.

Я немного разбираюсь в интуиции людей, и у меня создалось впечатление, что отец возлагает на нее слишком большие надежды. Отцовское «легко» подействовало на меня, как соломинка, переломившая спину верблюду. Однако отец глубоко убежден, что каждый обладает мощной интуицией, и я понимала, что открытое несогласие с моей стороны вызовет у него раздражение. Поэтому я спросила очень мягко:

– Раз ты открыл эту дверь, не станешь ли ты моим сопровождающим? Сможешь ли продемонстрировать на конкретных примерах, как ты использовал свою концепцию?

– Разумеется. Я использую ее в любой ситуации, над которой мне приходится думать. Однако не суммировать ли вначале все для тебя? – спросил он.

Это было именно то, что мне нужно.

– Пожалуйста!