«Взгляните на лилии полевые…» Курс лекций по литургическому богословию

, они не поняли глубины и величия Воскресения, то есть прославления, показанного в Преображении. Преображение есть праздник прославления или обожения нашей человеческой плоти, что является конечным моментом, целью нашего спасения. Отделять свое спасение от прославления невозможно. Стремясь к своему спасению и спасая себя, мы участвуем в спасении и прославлении всей жизни и всей твари. Верующие призваны для прославления Господа. Затворник Феофан так говорит об этом: «Когда получим славу, тогда вполне откроется, что спасены и какова сила спасения. Слава со спасением неразлучны. Но здесь слава сия сокрыта внутри, как сокровище в скудельных сосудах, а там она просияет и вовне». [51]

В православном переживании Преображения важен для нас не только главный центральный момент праздника, не только «преображение Спасителем нашего смешения и отдание первейшего достояния нетления», [52] не только наше «облистание» (вследствие этого) «Божественным изменением», [53] не только то, что «Спаситель Адамово пременив очерневшее естество» [54] тем показал нам будущее состояние наших прославленных телес после Суда и воскресения, но и тем, что на всю тварь распространил Он значение Преображения. Если до Преображения тварь страдала как проклятая ради человека, то после Преображения она сострадает и совоздыхает, как уже заченшая свое будущее прославленное и преображенное качество, ибо в Преображении Господа на Фаворе показано нам будущее прославление, просветление новой твари.

«Просвещается тварь ясно Твоим Преображением, Христе…»

«Неприступною славою, на горе явлься неизреченно Фаворстей, незримый и незаходимый Свет, Отчее сияние, тварь уяснив, человеки обожи»… [55]

И Церковь поет Богу на утрени, прославляя Духа Святого, «Светом наставльшего всю тварь» [56] и зовет землю ликовать, «светло сиять небесною зарею», [57] и все Ангелы поют и «служат страхом и трепетом и небеса боятся»… [58]

В Преображении зачаток нового состоянию твари, совоздыхание в измененном виде и сострадание, как бы ожидая нового рождения или будущего конечного прославления. Святой Мефодий Олимпийский рассуждает о том, что вся тварь, обновившись для лучшего будущего, возрадуется о чадах Божиих, о которых в настоящее время она воздыхает, ожидая их освобождения от тления, ибо Бог создал все для вечного бытия. [59]

* * *

Участие в деле нашего спасения Пречистой Девы Богородительницы отмечено православным богослужебным сознанием всесторонне и подробно. Участие Ее «таковей страшней таине послужившей», показано как подарок Богу от лица человечества. [60] Великим Постом в пятую субботу читается в церкви неседальная песнь [61] Патриарха Сергия, дивный златотканый узорный гимн Богородице. Замысловаты, смелы, красивы сравнения святейшего песнописателя. И в седьмом икосе, говоря о воплощении Бога Слова, указывает он на новую тварь, показанную Творцом, и, чтобы воспеть Божию Родительницу, он вплетает в свою златотканую, византийскую парчу дивный узор, весь целиком срисованный с натуры, взятый из тварной природы (ибо и она достойна того, чтобы прославить Честнейшую Херувим), и дивными шелками вышивает он по голубому, Богородичного цвета, фону узор к прославлению Пречистой, наилучшими эпитетами и сравнениями из тварного мира:

«Радуйся, цвете нетления, радуйся, венче воздержания»…

«Радуйся, древо светлоплодовитое, от него же питаются вернии, радуйся, древо благосенолиственное, имже покрываются мнози»…

Уже нет больше проклятых деревьев, уже благословлены дубравы лесные. Когда-то тварь стала проклятой через человека, с воплощением же Христовым она обновилась и совоздыхает нам, предчувствуя свое конечное прославление. На Фаворе лишь предпоказалось нам это прославление твари, которого все мы чаем, но чаем не как хилиастическую возможность наших дней, а как проявление действия Божия благоволения. Ибо говорит «теплейший» Апостол Петр:

«нынешняя небеса и земля темже словом сокровенна суть огню блюдома на День Суда»