Взятие Казани и другие войны Ивана Грозного

Ну а в завершение неприятельских бедствий казаки и в Азов подпустили «красного петуха». От пожара взорвались пороховые запасы, разрушив крепость. Погибла пристань со многими военными кораблями. Турецкий поход, намеченный на следующий год, после такого провала был отменен. А казаков Иван Грозный похвалил за верную службу и наградил щедрым жалованьем. Оценив такое отношение со стороны царя и вольную жизнь на Дону, часть казаков, пришедших с Ружинским, решила здесь остаться. В 1570 г. они основали Черкасский городок — будущую столицу Войска Донского.

Глава 14. Московское пожарище

На западе царь совершенно не гнался за территориальными приобретениями. Главной целью являлась балтийская торговля. Обладание всего лишь одним портом, Нарвой, давало России великие выгоды. По подсчетам шведского историка А. Аттмана, через Нарву в эти годы шло 94 % всего балтийского экспорта сала, 23 % воска, 42 % льна и конопли, 81 % пушнины. А Сигизмунд обращался к императору, датскому королю, даже к папе римскому (!), призывая пресечь эту торговлю, поскольку «московский государь ежедневно усиливается по мере большого подвоза к Нарве разных предметов, так как оттуда ему доставляются не только товары, но и оружие… и мастера, и благодаря сему он укрепляется для одоления всех прочих государей». На Балтике появились польские каперы, нападали на корабли, следующие в Нарву. Но это было дело поправимое. Иван Грозный завел своих каперов, нанял нескольких датских капитанов, чтобы они топили поляков. Гораздо хуже стало, когда в Стокгольме воцарился Юхан. Теперь пиратством занялись шведские моряки. Их было больше, базы располагались ближе. А ключевое значение играл Ревель, из этого порта можно было контролировать горловину Финского залива.

Когда стало ясно, что Швеция превращается во врага, царь попытался оторвать от нее Ревель мирным путем. Для этого он использовал уже знакомых нам шпионов Таубе и Крузе. Они, кстати, неплохо потрудились на поприще пропаганды. Написали пасквиль про Сигизмунда, который распространялся в Ливонии и был весьма популярен. А в 1569 г. их направили в Ревель. Иван Васильевич сулил ему статус вольного города, свободную торговлю в России, обязывался полностью сохранить самоуправление, не назначать свою администрацию, не вводить войск, не взимать налогов. Таубе и Крузе убеждали ревельцев, как хорошо жить под властью Грозного, какой он замечательный монарх. Но магистрат отказался. Почему? Да потому что нищая Эстония ничего не производила! Здешние купцы богатели исключительно за счет того, что сидели на выгодном месте, перепродавая товары из России и в Россию. Подчиниться царю — значило пустить на Балтику русских, и прощай барыши.

Ну а раз так, то Иван Грозный предложил союз Фредерику Датскому. Он понимал, что прочному присоединению Ливонии мешают не только политические факторы, но и разница русского и западного менталитетов — другие обычаи, стереотипы поведения, иная вера. И вызрела идея Ливонского королевства. Править в нем должен был брат Фредерика герцог Магнус. В 1570 г. он приехал в Москву. Царь радушно встретил его, обещал породниться — выдать за него дочь Владимира Старицкого Евфимию, дать в приданое 5 бочек золота. Магнусу он даровал королевский титул, несколько ливонских городков, отдал ему граждан, выселенных из Дерпта, и всех пленных немцев (при этом выяснилось, что пленные вовсе не были перебиты и замучены). К Магнусу отходили города, которые он с русской помощью отберет у шведов и поляков, он признавал себя вассалом царя, но условия ему предоставлялись самые льготные. Его королевство всего лишь платило небольшую дань, по призыву государя выставляло 3 тыс. воинов. Его подданным даже дозволялось беспошлинно торговать в России. Но они должны были свободно пропускать через свои земли русские товары и купцов.

По сути, Иван Грозный вернулся почти к тем же условиям, какие предлагались Ливонскому ордену в начале войны.

Государь желал восстановить мир и с Турцией. Рассудил, что после провала под Астраханью османы должны одуматься. К султану поехал посол Новосильцев. Донскому атаману Черкашину был направлен приказ проводить посла от Рыльска до Азова, и судьба этой грамоты довольно интересна. В 1860-х гг. было решено определить «старшинство» Казачьих Войск — по самому раннему сохранившемуся документу о службе России. Приказ Черкашину как раз и стал таким документом, по нему старшинство Войска Донского установили с 1570 г. В Стамбуле Новосильцев напомнил о прекрасных отношениях между двумя державами при всех прежних султанах, выразил удивление по поводу вторжения. Его приняли благосклонно, вежливо, но… вопрос о мире и дружбе обошли молчанием.