«Watch You Bleed»: Сага о Guns N’ Roses [CoolLib]

В Ганновере Эксл, который так и не поспал и был полностью измотан, сорвался. Группа, ко всеобщему удивлению, вышла на сцену вовремя и отыграла первые четыре песни. После этого Эксл сел на помост для ударных и угрюмо уставился на 60 000 беснующихся рок-фанатов. Остальные участники группы нервно переглядывались. Эксл не сказал ни слова о том, что его не устраивает. Он вообще не сказал ни слова. Команда перепроверила сценические мониторы и автосуфлер Эксла — они были в порядке. Мучительно тянулись минуты. Молчание. Затем Эксл поднялся, подошел к краю сцены, спрыгнул в яму охраны. Он мрачно оглядел подростков, потом забрался обратно на сцену и снова сел. В конце концов он продолжил концерт, но выглядел мрачнее тучи. Он ругал публику, что они недостаточно громко подпевали во время «Heaven's Door». Потом Эксл объявил «Sweet Child» как «песню о том, как тебя трахают в задницу бутылкой колы». Во время длинной коды песни он издавал душераздирающие вопли человека, подвергающегося адским пыткам, которые разворачиваются у него в голове. После этого он бросил микрофон и ушел. На бис в тот вечер они не вышли, и Эксл улетел в Париж, где намечался следующий концерт, не дожидаясь остальных.

Астральный опыт

Июнь 1992-го. Три года назад Эксл Роуз и Иззи Стрэдлин появились на масштабном платном[30] телевизионном концерте Rolling Stones в рамках тура «Steel Wheels» 1989 года. Теперь группа Эксла была самой популярной в мире, и он решил, что Guns N' Roses должны устроить собственный интернациональный телеспектакль. Американская кабельная сеть «НВО» согласилась без колебаний. Результатом долгих торгов стал концерт Guns 6 июня в Париже, где к ним должны были присоединиться Стивен Тайлер и Джо Перри, ретророкер Ленни Кравитц (на последнем альбоме которого появлялся Слэш) и главный гитарный герой Англии Джефф Бек.

4 июня Guns прибыли в Париж и заселились в самый дорогой отель Города огней, «Крийон». На следующий день группа и ее гости провели саундчек на ипподроме в Венсан-ском лесу. Слэшу пришлось краснеть из-за Эксла, который не появился. «Где твой вокалист, чувак?» — спросил Стивен Тайлер, пытаясь показать Слэшу, что Эксл проявляет неуважение к звездам, которых сам же и позвал. После того как люди с телевидения закончили настраивать камеры, команда перенесла оборудование группы в рок-клуб «Elysee Monmartre», чтобы Guns могли порепетировать с приглашенными музыкантами. Вся команда набилась в клуб, чтобы послушать получасовой джем Бека, Джо Перри и Слэша на «Train Kept А-Rollin», который многие сочли наивысшей точкой всего тура. Все шло хорошо, пока Мэтт Сорум не ударил по тарелке, рядом с которой стоял Джефф Бек. Внезапно Бек полностью перестал слышать левым ухом, оглохнув от напора Сорума. Своевольный гитарист обозлился и тут же улетел обратно в Лондон. Итак, один гость выбыл, да и остальные тоже не горели энтузиазмом.

Эксл сидел в своем номере отеля и злился. (Его сестра Эми, которая путешествовала с группой, была одной из немногих, кто мог его успокоить, если что-то шло не так.) Стефани Сеймур обещала приехать в Париж, и Эксл рассчитывал, что она будет рядом во время важного концерта. Но она не приехала, и ему не удавалось с ней связаться. Эксл бешено ревновал из-за статьи в нью-йоркской светской хронике о том, что неделю назад ее видели в манхэттенском ресторане с Уорреном Битти.

6 июня почти 60 000 фанатов рока заполнили ипподром. Guns N' Roses начали с часовым опозданием. Выступление транслировали четыре сотни телекомпаний по всему миру. Вышел Ленни Кравитц и сыграл «Always on the Run». Концерт шел гладко, пока Эксл не решил отомстить Уоррену Битти, посвятив ему «Double Talkin' Jive»: «Теперь у этого старина есть семья и ребенок… но ему нравится проводить время, шляясь по ресторанам, потому что собственная жизнь его не устраивает… Он паразит, которому нравится играть жизнями других людей. (В будке ТВ-контроля сотрудники „НВО" обеспокоенно переглянулись.) Он настолько пуст… что может только играть в игры. Он высасывает… чужую жизненную силу, потому что своей у него нет».

После этого Эксл обратился лично к Битти: «Послушай, ты, ублюдок, если даже Мадонна тебя кинула, готов поспорить, что Аннет [Бенинг, тогдашняя жена Битти] поступит точно так же, ты, сраный тупой козел».

Дальше Эксл произнес антиавторитарный спич перед «Live and Let Die», посвятив ее «тем, кто пытается нас контролировать и манипулировать нами: государство, семья, друзья и все те, с кем приходится иметь дело. Можно попытаться с ними поговорить. Можно попытаться дружить с ними. Можно разобраться с ними… но если ты не можешь ни о ком позаботиться, вряд ли ты сможешь позаботиться о собственной заднице. Но мы посвящаем этим людям песню». «November Rain» он позднее печально объявил как «песню о неразделенной любви».