За Америку!

Мария Петровна. Опять на кухне куришь?

Вика. Ты бы хоть окна помыла, а то все заляпанные.

Мария Петровна. Зачем их мыть? Первый этаж. Все ходят, заглядывают.

Вика. Ты что там опять накупила?

Мария Петровна. Витя же приедет, ему подарки.

Вика выбрасывает окурок в форточку, берет у Марии Петровны один из пакетов, роется в нем.

Вика. Зачем ему бесплатные пакетики с сахаром?

Мария Петровна. Как зачем? Ты не знаешь, зачем сахар нужен? Ты думаешь, он в Америке бесплатный бывает? Там все за деньги!

Вика. Ты опять в торговом центре туалетную бумагу откручивала?

Мария Петровна. Я только моточек небольшой.

Вика. Да у тебя эти моточки по всем углам натыканы. Это что? Полотенце? Зачем тебе сто десятое полотенце?

Мария Петровна. Это Вите, подарок!

Вика

. Бесплатные карандаши из «Икеи» тоже подарок?

Мария Петровна. Ты просто завидуешь!

Вика. Чему тут завидовать?

Мария Петровна. Ты завидуешь, что у него жизнь удалась, он в Америку уехал, он там нарасхват, его там ценят, он там нужен! Он работает, специалист высшего класса! А ты тут, перед мужиками жопой крутишь. Да ладно бы они богатые были, но ты же получаешь три копейки! Мать гнобишь, обираешь!

Вика. Я тебя обираю?

Мария Петровна. Это же ты выбросила мою доску разделочную?

Вика. Да ей сто лет уже было, там же все дерево срезано, с двух сторон!

Мария Петровна. Это память! Ей еще моя бабушка пользовалась! А другую доску, гладильную, тоже ты выбросила!

Вика. Зачем она тебе? Она же сломана!

Мария Петровна. Я бы починила! Чехол сшила. У меня ткань есть.

Вика. Ты два года ее чинила, все не починила.

Мария Петровна. Времени не было.

Вика. Мама, дома ступить некуда, хлам один.

Мария Петровна

. Это не хлам! Тебе лишь бы все выбросить! Это все мне нужно!

Вика. Что нужно? Вот зачем тебе эти банки майонезные, зачем?

Мария Петровна. Я ремонт буду делать, пригодятся. Это все для ремонта, сделаю – выброшу.

Вика. Когда планируешь начать?

Мария Петровна. Будет время, сделаю.

Вика. А ты меньше по помойкам таскайся, может, и время появится.

Мария Петровна. Позубоскаль мне еще! Как с матерью разговариваешь? Я все Вите расскажу, все!

В окне появляется Виктор. Он приставляет руки к стеклу и вглядывается в помещение. Мария Петровна и Вика его не видят.

Вика. Что? Что ты ему расскажешь? Про доски свои зачуханные? Не позорься.

Мария Петровна. Это ты не позорься, учиться не пошла, сидишь у матери на шее!

Вика. Я работаю!

Мария Петровна. Что это за работа такая, танцульки по ночам?

Вика. Мама, что ты опять начинаешь?

Мария Петровна

. Я начинаю? Конечно, сразу я начинаю! Это ты начинаешь! Ты!

Вика. Нет, это ты опять начинаешь, ты уже…

Виктор громко стучит в окно.

Мама!

Мария Петровна. Витя! Витенька!

Мария Петровна открывает окно, через него залезает Виктор, на нем спортивный костюм и классические туфли.

Виктор. Ах-ха-ха, здорово, мамаша!

Мария Петровна. Витя? Витенька приехал! Сыночек!

Мария Петровна бросается обнимать и целовать Виктора.

Виктор(Вике). Здарова, сестреныш. Иди-ка сюда, обниму.

Вика. Не лезь! Не трогай!

Мария Петровна. Вика!

Виктор

. Ишь ты, нежная какая! Брезгуешь?

Мария Петровна. Ее зависть, Витя, гложет, посмотри, она позеленела даже. Да ну на нее, не обращай внимания. Витенька, мальчик мой, приехал! Похудел-то как!

Виктор. Да ладно тебе охать-ахать, главное, что живой, остальное своруем!

Мария Петровна натянуто смеется. Виктор смеется в полный рот, видно, что у него нет передних зубов.

Мария Петровна. Витя, а что с твоими зубами?

Виктор: Работа у меня непростая. (Смеется.)

Мария Петровна. Ты голодный?

Виктор. А как сама-то думаешь?

Мария Петровна. Я приготовлю, сейчас придумаем что-нибудь, сейчас.

Вика. Ты бы помылся для начала.

Виктор. Не хочу, все равно не отмыться. Жрать охота.

Мария Петровна. Сейчас, сейчас Витя, все сделаю, ты пока садись.

Виктор. Спасибо, сесть я всегда успею.