За что убивают Учителей

– Ты и вправду готов противостоять мне? – хмуро спросил Элиар.

Глава храма Лунного Солнца не ответил. За спиной его поднимался в небо огромных размеров журавль – величественная птица размером в полнеба. Журавль с оперением цвета белого нефрита – крыла его обернулись острым льдом, подобные гигантским боевым веерам.

– Когда я пришел убивать Ишерхэ, – мягко улыбнулся Яниэр, ничуть не отвлекаясь на свою духовную проекцию, – владычица оказалась вовсе не так слаба, как мы предполагали. Конечно, ее концентрация не могла сравниться с концентрацией подлинного высшего небожителя, но кое-что она умела. Увидев технику осознанного призыва зверя души в действии, я попытался ее перенять.

– Вот как. – Элиар нахмурил брови: тьма проклюнулась и прорастала из его пальцев длинными острыми когтями. Вот уже все пространство вокруг густо заволокло тьмой. – Вижу, ты преуспел.

Того, кто одолел в бою высший дух серебряного дракона, уж конечно, не остановит журавль. Однако, если бой все же завяжется, Яниэр станет сложным и очень опасным противником, который сумеет задержать его надолго.

Элиар с грустью вспомнил, как долго в те страшные годы пришлось ему добиваться доверия Триумфатора. На какие жертвы пришлось пойти, чтобы быть всегда рядом и в нужный момент тайно пустить Яниэра внутрь защитных барьеров дворца. И конечно, какую цену пришлось заплатить – снискать в глазах всего Ром-Белиата позорную славу предателя, в час нужды переметнувшегося на сторону врага.

Большую часть времени владычица проводила в уединении, в полумраке и тишине. Придворные редко имели удовольствие лицезреть ее: Ишерхэ не слишком любила пышные приемы и большие собрания. Чтобы по доброй воле нарушить священный покой Триумфатора просьбой об аудиенции нужно было быть смельчаком или же человеком, которому нечего терять.

Что как раз удачно соответствовало действительности.

– Надеюсь, у тебя был достаточный повод, чтобы явиться? – без предисловий начала Ишерхэ. – Говори.

– Аве Триумфатору! – Элиар поклонился и, бегло осмотрев зал, перевел взгляд на восседавшую на Пионовом троне владычицу. – Благодарю за оказанную честь.

Нынешнюю ставку Триумфатора в Бенну было не сравнить с изысканными роскошествами Ром-Белиата, однако Ишерхэ, кажется, относилась к внешней стороне власти проще, нежели многие Совершенные: материальные блага мало заботили ее.

Красный Волк намеревался было опустить глаза, чтобы в присутствии вышестоящего привычно изучать узоры на паркете, но что-то задержало его, привлекло внимание к тонким белым рукам, лежащим на широких бархатных подлокотниках. Постепенно духовное зрение прояснялось, и Элиар застыл, пораженный.

На Пионовом троне все так же сидела Ишерхэ, но видел он не изящную женщину, прекрасную лицом и телом. Особенный дар, взгляд, просвечивающий насквозь, под покровом оболочки позволял разглядеть истинную суть. Почти всегда люди были не такими, какими казались, но столь жуткой метаморфозы Элиару еще не встречалось.

Перед ним был бесполый дух, по природе своей способный принять любое обличье, но проклятием рождения заточенный во плоти. Дух могущественный и чуждый всему человеческому. С каждым днем сила его, кажется, только крепла, питаясь темной энергией войны и разрушения, которые вновь царили на Материке.