За фасадом "всеобщего благоденствия"

В целом, однако, переориентация государственной социальной политики на консервативный лад дала властям значительную экономию бюджетных средств. Последняя, как уже отмечалось, преподносится широким массам как мера неизбежная, без которой невозможно осуществить сбалансирование госбюджета и, следовательно, обеспечить экономический рост.

Практика государственно-монополистического регулирования показала, что такая позиция консерваторов относилась исключительно к гражданским расходам, преимущественно идущим на нужды трудящихся. Впрочем, и теоретики неоконсерватизма не считают, что изменения в структуре государственных расходов обязательно должны сопровождаться их общим сокращением. Напротив, стоя по сути своей на страже интересов военно-промышленного комплекса, они пропагандируют крайне реакционную доктрину, согласно которой милитаризация экономики рассматривается как ключевое звено нового курса. Речь идет, таким образом, не только о сокращении социальных расходов, но и прежде всего об увеличении за их счет военных ассигнований.

Рисуя негативные стороны будто бы неэффективной и бессмысленной растраты государственных средств на образование, подготовку кадров, здравоохранение и т. п. и дискредитируя тем самым идею государственного финансирования социальной сферы, неоконсерваторы преследуют совершенно определенную цель — упрочить позиции военных монополий и обосновать необходимость увеличения их бюджетных ассигнований. Динамика военных расходов в ведущих капиталистических странах за последние годы показывает, что их усилия не проходят даром (см. табл. на с. 35).

В ежегодном отчете о приоритетах мира под названием «Мировые военные и социальные расходы» известная американская исследовательница P. Л. Сайвард пишет, что за период с 1962 по 1982 г. ежегодные военные расходы промышленно развитых капиталистических стран возросли более чем на 400 млрд долл., в то время как экономическая помощь другим странам, столь шумно рекламируемая западной прессой, — всего на 25 млрд долл.⁴¹

_{^* Предварительные данные.}

_{^** Оценка.}

_{Рассчитано по: Nato’s Sixteen Nations. 1986/1987. XII. P. 102; OECD. Main Economic Indicators. 1986. III. P. 30.}

Наиболее агрессивные формы милитаризм, как известно, принял в ведущей капиталистической державе — США. С приходом в Белый дом представителей правоконсервативного крыла республиканской партии правительство заявило о своем намерении увеличить расходы на вооружения в 1980–1984 гг. на 7 % (в реальном исчислении) в сравнении с 1 % (в номинальном выражении) — на невоенные цели. В результате за пять лет, с 1981 по 1985 финансовый год, военные расходы США ежегодно росли в 4 раза быстрее, чем в предшествующие 1976–1980 финансовые годы. В 1986 г. американская администрация выделила на финансирование военных приготовлений 268,8 млрд долл., а в 1992 финансовом году военные затраты США достигнут, по предварительным данным, рекордной цифры — 361 млрд долл.⁴³ Даже с поправкой на инфляцию никогда прежде в мирное время военный бюджет США не достигал таких громадных размеров.

Под натиском американского империализма происходит усиление милитаристских тенденций в остальных странах развитого капитализма. Консервативное правительство Великобритании с 1981 по 1984 г. увеличило военный бюджет страны на 30 % ⁴⁴

. Высказывая тревогу по поводу милитаристского курса правительства тори, журнал «Лейбор рисерч» в статье «Военные расходы за счет благосостояния» писал, что если его планы будут реализованы, то к 1995 г. количество ядерного оружия в Великобритании, приходящегося в среднем на квадратную милю, будет в 5 раз больше уровня, который существует в США ⁴⁵.

Военные расходы капиталистических стран с каждым годом поглощают все большую часть «финансового пирога», деформируя структуру государственного бюджета и вызывая увеличение его дефицита. Поиск источников для закрытия этой бреши становится проблемой номер один для государственной финансовой политики. Однако очевидно, что даже самые значительные сокращения социальных расходов не в состоянии удовлетворить растущие аппетиты военно-промышленных монополий. Их запросы далеко опережают всякую экономию на социальной сфере.

Что касается обещанного идеологами неоконсерватизма экономического роста, то правые правительства утверждают, будто увеличение военного производства должно стимулировать экономическое оживление. В свою очередь увеличение темпов роста ВВП позволит покрыть военные ассигнования. Однако на деле все оборачивается не так «благополучно», как представлялось неоконсерваторам.