За пределами законности

Применение химического и бактериологического оружия всегда подвергалось широкому осуждению, вызывало гнев и возмущение народа. Однако империализм, будучи самым агрессивным общественным строем, превратил этот вид оружия в грозное средство массового истребления вооруженных сил, гражданского населения и окружающей человека среды. Как отмечалось в докладе Генерального секретаря ООН, применение его может привести к потерям в масштабах, превышающих все, относящееся к войне с применением обычных видов оружия. Без преувеличения можно сказать, что под угрозу будет поставлено будущее человечества.

Химическое и бактериологическое оружие, или, как его иногда называют, «бесшумное оружие», — это оружие слепого уничтожения. Оно стирает всякое различие между вооруженными силами и гражданским населением; несет смерть всему живому: людям, животным, растительному миру. Опасность такого оружия состоит еще и в том, что его производство не требует больших финансовых и научных ресурсов (как, например» при производстве ядерного оружия), оно может производиться быстро и тайно, в небольших лабораториях.

Впервые газ как средство ведения войны применила Англия в войне против буров. Она использовала артиллерийские снаряды, начиненные большим количеством лиддита, который оказывал отравляющее действие на людей, находящихся поблизости от места взрыва. В первой мировой войне газы применялись в широком масштабе Германией. Только за один день — 22 апреля 1915 г. — от них погибло 5 тыс. человек. Всего в этой войне было использовано 125 тыс. т химических веществ, жертвами которых стали 1 млн. 300 тыс. человек, из которых 100 тыс. погибли. Богатейший арсенал химического оружия имели Соединенные Штаты Америки. М. Сейере и А. Кан пишут в своей книге «Тайная война против Советской России» (М. 1947), что американские войска «применяли против большевиков химические снаряды».

Но ведь международное право уже тогда содержало норму, запрещающую применять химическое оружие на войне. Ее закрепила Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны от 29 июля 1899 г., согласно которой государствам не разрешалось «употреблять яд или отравленное оружие» (ст. 23 Приложения к Конвенции). Эту же норму повторила Гаагская конвенция 1907 года. Кроме того, 29 июля 1899 г. была принята специальная Декларация, в которой государства брали на себя обязательство «не употреблять снаряды, имеющие единственным назначением распространять удушающие или вредоносные газы». Против данной Декларации голосовали только два государства: США и Англия.

После первой мировой войны, показавшей человечеству ужасы применения химического оружия, государства предприняли усилия к заключению новых международных соглашений, запрещающих применение химического оружия. Так, мирные договоры не разрешали побежденным государствам производить и разрабатывать химическое оружие. Например, ст. 171 Версальского мирного договора запрещала как пользование удушливыми, ядовитыми и тому подобными газами, а также всякими аналогичными жидкостями, веществами или способами, так и ввоз их в Германию. Аналогичные статьи содержали Сен-Жерменский (ст. 135), Нейльский (ст. 82), Трианонский (ст. 119) и Севрский (ст. 176) мирные договоры. Но эти статьи мирных договоров запрещали иметь химическое оружие только побежденным державам. Победители сохраняли свой химический потенциал. Воспользовавшись этим, они интенсивно развернули исследования в данной области. Производство и накопление «бесшумного оружия» основными империалистическими державами приняло невиданные ранее размеры.

Против этого варварского средства ведения войны со всей решительностью выступила прогрессивная часть человечества. Под влиянием общественного мнения империалистические державы не могли не менять свои позиции в данном вопросе. Например, 6 февраля 1922 г. США, Англия, Франция, Италия и Япония подписали Конвенцию об ограничении вооружений, в ст. 5 которой говорилось, что применение на войне удушающих газов и ядов или аналогичных веществ, а также аналогичных жидкостей, материалов или процессов «противоречит принципам гуманности и международному праву». Государства брали на себя обязательства «не применять эти вещества во время войны»¹⁴⁴. Маскируя свои действия, они даже стали выдавать себя за «рьяных сторонников» запрещения химического оружия. Так, на Вашингтонской конференции 1922 года государственный секретарь США заявил: «Применение на войне газов… в наше время встречает почти всеобщее осуждение, — и добавил: — Газовая война угрожает стать настолько эффективной, что может поставить под угрозу само существование цивилизации»; американский представитель предложил «запретить газовую войну в любой форме и против любого объекта»¹⁴⁵.