Забытая история Московии. От основания Москвы до Раскола

1547, 2 февраля. – Иоанн IV вступил в брак со своей первой женой Анастасией Романовной Захарьиной-Юрьевой.

1547. – Грандиозный пожар в Москве. Уничтожены дворцы царя и митрополита, оружейная палата и много церквей. Составление «Домостроя». Первый, неудачный поход на Казань. Предпринята попытка вербовки в Европе ученых и ремесленников.

1547–1550. – Волнения в Москве и других городах всей Руси из-за того, что положение народа ухудшилось из-за неурожая.

А что же представляла собою «всея Русь» во времена Иоанна IV? Его иностранный современник Джованни Ботеро в своей книге просто и ясно пишет, что Москва в XVI веке была центром трех образований: Володимерии (Владимирская Русь, она же «Низовские города» в междуречье Оки и Волги), Новогородии (Нижний Новгород – Ярославль – Тверь – Белый – Новгород – Псков), и собственно Московии (Замосковенские города от Вязьмы и Можайска до Серпухова и Коломны). Это были феодальные территории. Северные (Поморские) города имели только выборное крестьянское самоуправление, – там не было ни бояр, ни дворян! – и назывались провинциями (Двина, Устюг и т. д.). Напомним, что слово города имело еще и в первой половине XVII века значение область, регион: «Низовские города», «Замосковные города», «Заоцкие города», «Северские города», «Украинные города», «Поморские города» и т. д.

Южные города (Северские, Заоцкие и Украинные) до поры до времени Московии административно не подчинялись; эта местность входила в Тартарию, находясь под протекторатом Царьграда-Стамбула. Лишь «около 1638 г…образовались «слободы»: Острожск, Чугуев и др. Впоследствии весь этот край стал называться «слободско-украинской областью» (см. Н. Н. Воейков. Церковь, Русь и Рим. С. 453). Слово «слободы» православно-монархический историк Н. Н. Воейков здесь закавычил вынужденно, поскольку если кавычки убрать, то станет очевидно, что эти города и были свободными. Имперская администрация пришла сюда только в 1765–1768 годах!

Но не нужно воспринимать государственное строительство тех веков так, как мы понимаем его сейчас. Жизнь держалась в большей степени на обычаях, нежели на юридическом праве. В местностях, где шастали грабители-крымчаки, – за спиной которых маячил Стамбул, жители могли быть свободными только в той мере, в какой их свободу могли защитить. А кто мог бы это сделать? В частности, Москва. А нужда в сторонней защите возникала оттого, что, как и Сибирь, причерноморские степи были чрезвычайно мало заселены, и немногочисленное население затруднялось само обеспечить свою оборону. А потому, оставаясь до поры административно свободными от северного соседа, эти земли естественным образом склонялись к федеративным отношениям с Московией.

Русь двигалась к югу посредством строительства засечных линий. Засеки – это оборона от внешнего врага, заграждения из поваленных деревьев; создавать их начали еще в XIII веке. Кроме засек строились валы, рвы, частоколы; при этом использовались и природные преграды, – реки, овраги. На всем протяжении засек появлялись опорные пункты: остроги, крепости, сторожки. Важнейшей была Большая засечная черта – линия обороны от Рязани до Тулы, но она была не одна, а новые появлялись все южнее и южнее. В 1630-1640-е, как раз при юридическом оформлении здесь «слобод», была построена новая линия укреплений – Белгородская засечная черта для защиты от крымских татар, в нее входили крепости Белгород, Воронеж, Тамбов. В ходе войны 1677–1681 годов была создана третья оборонительная линия, Изюмская.

Москва к середине XVI века превратилась в столицу феодальной федерации, в состав которой, пусть и без должного порой оформления, входили и свободные земли. Впрочем, бывало, и с оформлением. Для примера посмотрим, на каких условиях вошли в состав России башкиры, населявшие бывшее Ногайское царство (кстати, примерно на этих же условиях предусматривался союз с Казанским царством; почему он сорвался, рассмотрим позже).