А. Д. Нечволодов приводит данные для 1906 года. Ежегодное потребление угля на душу населения равнялось у нас 7 пудам, во Франции — 60, в Штатах — 147, а в Англии — 237. Ежегодное потребление чугуна на душу составляло в России 18 кг, тогда как в Германии оно достигало уже 123 кг, в Англии 161 кг, а в США 179 кг. Без чугуна не получить железа и стали, но чугунные болванки приходилось импортировать в объёме более 35 млн. пудов, что на себестоимости продукции сказывалось весьма и весьма нехорошо.
А между прочим, именно такое ненормальное положение российской промышленности приводило к аграрному кризису, который и пытался решить П. А. Столыпин своей реформой.
Ещё одна столыпинская задумка — переселение масс крестьянства из центральных районов в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию, где имелся в наличии огромный свободный земельный фонд. Предполагалось организовать государственную помощь переселенцам транспортом, кредитами на постройку домов, покупку машин, скота и домашнего имущества, предварительное землеустройство участков.
В самом деле, заселение окраин было совершенно необходимым с точки зрения общегосударственного хозяйства. И несомненно, если бы Приамурье начали систематически заселяться с 1860-х годов, как предлагал тогда губернатор Н. Н. Муравьёв, то к началу ХХ века государство могло бы получать с этой местности большой доход; на деле же из-за ничтожного количества поселенцев и полного отсутствия культуры край этот, один из богатейших, дал России за то время, что она им владела, свыше 300 млн. рублей дефицита. А ведь наше политическое положение на Дальнем Востоке требовало возможно более сильного заселения местности к востоку от Байкала.
Как же велось переселение «по Столыпину»?
Крестьянский банк приобрёл в 1906–1916 годах 4614 тыс. га земли, которая должна была увеличить земельные угодья, принадлежавшие крестьянам. Но реально лишь сравнительно узкая прослойка богатых крестьян смогла с выгодой для себя воспользоваться услугами банка, налагавшего на заёмщиков большие проценты. Остальные выгоды не нашли, хотя переселенческое движение, благодаря содействию правительства, достигло значительных масштабов.
За 1906–1914 годы из губерний европейской части России за Урал переселилось примерно 3,1 миллиона человек, в два раза больше, чем за предыдущее десятилетие. Однако если прежде среди переселенцев преобладали середняки, то после 1906 года на Восток потянулись бедняки. Мало того, что около 17 % выехавших не смогло прижиться на новом месте из-за недостатка средств и вернулось назад, так эта мера не оправдалась и как способ решения основной задачи: снижения демографического пресса. Значительное само по себе число переселившихся крестьян покрыло менее 20 % естественного прироста сельского населения и, таким образом, не компенсировало увеличившегося избытка рабочих рук.
Столыпинский «пакет реформ» не исчерпывался, конечно, планами модернизации российской деревни. Планировалась реорганизация системы местного самоуправления с тем, чтобы дать крестьянам-собственникам больше мест в тех земствах, где абсолютно доминировало дворянство; изменить законы о губернском и уездном управлении; ввести бессословную самоуправляющуюся волость; ввести поселковое управление. Сделано не было практически ничего, и только в шести западных губерниях появились земские учреждения.
Важное место в своей программе П. А. Столыпин отводил вопросам веры. Его «пакет» предусматривал ряд законопроектов, призванных облегчить положение старообрядцев и насильственно обращённых в православие униатов. Среди проектов были: отмена дискриминационных ограничений, установленных для инославных церквей (то есть христианских, но не православных), разрешение перехода из православия в другие христианские веры, облегчение смешанных браков.
Наконец, намечались реформы в области рабочего законодательства (введение страхования рабочих и т. п.).
Все эти проекты готовились ещё до прихода Столыпина к власти; он застал их на разной стадии разработки, собрал в единый «пакет» вместе с актами по аграрной политике, и чохом предложил ко внедрению. К сожалению, большинство законопроектов застряло в Государственном Совете, и ни на что не повлияли.
Столыпин, полагают, надеялся своей реформой предотвратить новый революционный взрыв.