Янов-Введение1т
Александр Янов
Введение к первой книге трилогии
"РОССИЯ И ЕВРОПА. 1462-1921"
Более пятисот лет центральная проблема в определении Европы состояла в том,
включать или исключать из неё Россию.
Норман Дэвис
Сентябрь-октябрь 2000 года посвятил я обсуждению в Москве своей незадолго до того опубликованной книги "Россия против России". (1) Тем более казалось мне такое обсуждение необходимым, что написана книга в жанре, если можно так выразиться, предостережения.
В ней больше 350 страниц, но если попытаться дать читателю представление о ней в нескольких фразах, звучали бы они, наверное, так. "Чему обязана российская культурная элита нынешним своим беспримерным упадком? Тому, что не сумела удержать власть после революции февраля 1917-го? Тому, что оттолкнула от себя массы после следующей революции августа 1991-го? Тому, наконец, что вступила в XXI столетие безнадежно расколотой? Так или примерно так объясняют её сегодняшнее бессилие идеологи, имеющие хоть какое-то представление об истории России в ХХ веке.
Неверно, - отвечает подробное исследование грехопадения, если можно так выразиться, российской культурной элиты. Неверно потому, что произошло оно намного раньше - после поражения в декабре 1825 года одного из самых интеллектуально одаренных её поколений, пушкинского, и предательства самого сокровенного из его заветов. П.Я. Чаадаев так описал это предательство: "Новые учителя хотят водворить на русской почве новый моральный строй, нимало не догадываясь, что, обособляясь от европейских народов морально, мы тем самым обособляемся от них политически и раз будет порвана наша братская связь с великой семьей европейской, ни один из этих народов не протянет нам руки в минуту опасности". (2)
За немногими исключениями именно это и сделала русская культурная после 1825 года: она морально обособилась от Европы. Одна её часть, славянофильская, дошла до утверждения, что Россия есть особая, противостоящая Европе цивилизация и ценности её поэтому принципиально неевропейские. Другая часть, западническая, согласилась со славянофилами, по крайней мере, в том, что происхождение русской политической традиции действительно азиатское, деспотическое и гегемония государства над общество задана таким образом самой историей страны. В результате Россия, как и предсказывал Чаадаев, оказалась отрезанной от главного русла либеральной политической культуры, лишив себя тем самым способности к политической модернизации.
С этого момента её культурная элита отказалась от собственной стратегии - и по отношению к власти, и по отношению к Европе.Она так и не сумела обрести такую стратегию ни до 1917, ни после 1991. Вот откуда её сегодняшнее бессилие. Сейчас, когда России в очередной раз предстоит выбор исторического пути, остерегайтесь повторить роковую ошибку предшественников". Таков примерно был смысл предостережения.
Я понимаю, что несколько выжатых досуха фраз крадут у мысли и глубину аргументации и живость реальных деталей. Но по крайней мере читатель теперь знает, о чем был спор.
РЕАКЦИЯ ВЫСОКОЛОБЫХ