Загадка Ледяного пламени

Мерритон в вечернем костюме – настоящий красавец – стоял у дверей курительной комнаты вместе с Тони Вестом – коренастым толстячком, на котором одежда сидела кое-как, а воротник и вовсе казался на пару размеров больше необходимого. Несколько раз Мерритон пытался уговорить Тони сходить к приличному портному, но тот так и не внял просьбам приятеля.

Они прислушивались, не раздастся ли стук колес приближающегося экипажа, который везет очередного гостя. Был вторник, и вот-вот должен был начаться обед – вечеринка для холостяков. Однако больше всего Найджел Мерритон хотел встретиться с Дакром Уинни, который на днях уезжал в Каир. А сам Мерритон должен был вот-вот стать «бенедиктом»[2].

Вышло так, что старые и верные друзья Найджела Мерритона Лестер Старк и Тони Вест появились первыми. Дакр Уинни ожидался семичасовым поездом. Кроме них были приглашены Дикки Фордайс и Реджинальд Лефрой – офицеры и однополчане Мерритона, вместе с которыми он служил в Индии, да пожилой доктор Джонсон Бартоломью, которого Найджел Мерритон очень уважал.

В передней раздался звонок. Прибыл еще кто-то из гостей, и Боркинс, с напыщенным и тем не менее изящным видом, поспешил открыть двери. Сэр Найджел Мерритон увидел широкоплечую фигуру Дакра Уинни в черном плаще и шляпе. Гость вошел в прихожую, снимая перчатки. Найджел Мерритон шагнул навстречу своему вечному сопернику, протягивая руку, а Тони Вест уже начал свою обычную болтовню:

– Приветствую вас, старина! Выглядите, словно рыба, выброшенная из воды… Гм-м-м! Мерритон, дорогой, будьте столь любезны не тыкать в меня локтем. Он у вас острый, как штык.

Найджел Мерритон поднял бровь и нахмурился. «Не тыкать локтем…» А как иначе дать понять этому увальню, что не стоит развивать эту тему, тем более сейчас, когда сердечная рана Дакра так свежа?

Но Тони и сам неожиданно понял, что сказал что-то не то, и отступил. И тут, словно для того, чтобы замять неловкую паузу, из гостиной донеслись звуки джаза, будто приглашая пройти вглубь дома.

Рука Найджела Мерритона легла гостю на плечо, он хотел было что-то сказать, но передумал. Дакр Уинни с видом нахмурившегося Геркулеса вошел в гостиную, затянутую клубами сигарного дыма.

– Добрый вечер! – кивнул он, увидев Лестера Старка. Тот никогда не любил Дакра Уинни, и они оба знали это. – Вы тоже здесь! Чувствую, вечеринка и в самом деле будет веселой. Но должен поклясться, господа, скоро вы все будете страшно мне завидовать. Там, куда я отправляюсь, на Красном море, полно симпатичных женщин… – и, неожиданно повернувшись, он внимательно посмотрел на Найджела Мерритона, – …и не нужно беспокоиться ни о чем. Белые огни Каира над темной водой… что может быть прекраснее? Чудесная картина.

– Есть одно но, – усмехнулся Тони Вест. – Когда пропитаешься Каиром, вернешься домой совсем иным. Даже розы для тебя станут пахнуть по-другому. Единственный запах в мире, который ты сможешь ощущать, – запах Каира…

– Есть некоторые вещи, которые оскорбляют сильнее, чем неприятные ароматы! – надменно ответил Дакр Уинни, бросив мрачный взгляд в сторону Найджела. По его голосу чувствовалось, что в этот вечер он уже изрядно выпил. – Думаю, и после Каира я смогу наслаждаться прелестями этого мира. Разве не так, Найджел? – он усмехнулся, но смешок его прозвучал безрадостно и неприятно.

Мерритон, бросив косой взгляд на остальных гостей, понял, что и они заметили странности в поведении Уинни. А в того словно дьявол вселился. Видимо, все происходящее забавляло его, но при этом ничто в мире не могло развеселить.

И тут неожиданно всякая жалость к Дакру исчезла из сердца Найджела. Очевидно, что его давний соперник просто пьян и теперь, казалось, испытывает отвращение к самому себе. В этот миг Мерритон пожалел о том, что дал слабину и пригласил на вечеринку своего недруга, а все только для того, чтобы покрасоваться, продемонстрировав всему миру свое дружелюбие. А Дакр Уинни, похоже, собирался стать на этом банкете своеобразным «скелетом из шкафа», продемонстрировав всем, что хозяин дома обошелся с ним несправедливо.

– Ну, встряхнитесь, старина! – подступил к гостю неуемный Тони Вест. – У вас лицо такое, словно только что проглотили лимон. Не стоит хандрить! Ну не повезло… Что ж… Удача повернется к вам в следующий раз.

В этот момент в дверях появился новый гость.

– Добрый день, доктор Джонсон, – приветствовал его Тони. – Рад приветствовать вас в нашей компании. Вот и сам король банкета – безмятежный и очаровательный… чрезвычайно очаровательный. А это – Дакр Уинни, вечный скиталец, вынужденный променять отчизну на тлетворные миазмы Египта, куда ему предстоит отправиться.

Он наигранно поклонился удивленному доктору, который недоуменно уставился на Уинни. У доктора была неопрятная, длинная, всклокоченная борода, а его сорочка всегда выглядела помятой и несвежей. Трудно было вообразить этого человека в роли врача, и тем не менее он считался одним из лучших докторов Лондона.