1 — найдена у д. Самохваловки; 2 — уч. 22, кв. 45; 3 — там же, кв. 26; 4 — Там же, кв. 45
Тем более непонятна настойчивость, с которой в перечень военного снаряжения записывают булавку и кресало. Есть еще несколько находок (обратите внимание, где в каталоге стоят знаки вопроса), относительно которых исследователи не могут на самом деле сказать, что это такое. Но поскольку им очень хочется, чтобы это были следы Куликовской битвы, они пишут в книге что-то типа:
«Очень осторожно данное изделие может быть интерпретировано как наносник шлема»
{297}.
Наконечник копья для конной схватки
При этом время бытования аналогичных предметов XII — первая половина XV в. Стало быть, и попасть в землю они могли в любое время в течение трех с половиной сотен лет. Тем более что, по наблюдениям самих же исследователей, русские селения в этих краях были по крайней мере середины XIV в.!
Остальные вещи (а таких, за вычетом точно не относящихся ко времени Куликовской битвы и сомнительных, остается максимум 13) имеют такой же, а то и еще более широкий временной диапазон. При этом достаточно определенно к вооружению профессионального воина можно отнести, как оказывается, только два наконечника копья «бронебойного» типа (длинный и достаточно узкий треугольник, мощная втулка для крепления). Про эти наконечники авторы каталога говорят, что
«перед нами одна из ярких находок оружия на Куликовом поле, которая могла быть связана с битвой»
{298}. То же относится к наконечнику сулицы (метательного копья), числящемуся под номером восемнадцать. А также упоминавшиеся в интервью Гоняного пластина от панцирного доспеха и несколько звеньев кольчуги. Иногда эти находки подаются как части доспехов русского (пластина) и татарского (кольчуга) воинов, павших рядом. На деле же, как следует из описания в каталоге, это не совсем так. Да, колечки кольчуги изготовлены из сплава меди и цинка (т. н. двойной латуни). Такой сплав широко использовался ордынцами. Однако с XIII в. его стали применять и на Руси. Больше того, цинкосодержащий сплав встречается в изделиях верхнедонских селищ XIII–XIV вв.
{299}Так что обе детали вполне могут быть частью снаряжения русского воина. Как раз никаких характерных татарских следов в каталоге не отмечено. Разве что один из наконечников стрел (№ 19), так называемой шатровидной формы, скорее ассоциируется у специалистов с кочевническим миром. Надо признать: столь малое представительство татарских вещей выглядит странно.
Карта поискового участка № 22
Что же касается территориальной группировки находок… Да, в перечне указано 15 вещей, обнаруженных в пределах так называемого участка № 22. Причем шесть из них найдены на еще более мелком по размерам участке у балки Верходуб. Посмотрите на карте, он расположен в верхнем правом углу участка.
Именно об этом месте говорит в своем интервью Гоняный, как о «
самом интересном с точки зрения географии и ландшафта месте».Именно тут, как предполагается, были первые стычки.
Вроде бы логично, раз тут такая концентрация находок. Но так думаешь только до тех пор, пока не ознакомишься с тем, как шли исследования.
А было это так. К 600-летию битвы
«были пройдены… пешие маршруты в районе дд. Хворостянка, Моховое, с. Монастырщина»
{300}. С миноискателем исследовали долину реки Смолка и урочище Зеленая Дубрава. Ничего практически не нашли. Во второй половине 90-х гг. опять попытались использовать миноискатели.
«На начальном этапе исследований отдельные операторы работали в индивидуальном свободном поиске (Участки 1–4, 6, 12)»
{301}.
Потом стали обследовать участки так: семь человек двигались фронтом, охватывая полосу шириной 35–50 м. Таким образом исследовали верховья балки Рыбий Верх и район Хворостянки. Результаты: пять наконечников стрел и обломок топора.
Карта расположения поисковых участков на Куликовом поле.
1. Зона распространения находок XIV в. на Куликовом поле по М. В. Фехнер.
2. Реконструированные лесные массивы на территории Куликова поля.
3. Поисковые участки Верхне-Донской археологической экспедиции.
4. Поисковый участок военно-исторического отряда ВДАЭ.