Загадки поля Куликова (др. изд.)

Надо отдать москвичам должное: силы свои они расположили грамотно. Вдоль берега Дона встали пешие. Это даже не столько против него, Мамая, сколько против тех, кто будет рваться на соединение с ним с левого берега. А вперед выдвинуты два конных полка. Причем фланги упираются в овраги и речушки, которые не позволят обойти москвичей. Особенно не нравится бывшему беклярбеку лесочек вверх по Дону, на правом фланге русских. Что там за ним?

Но, в общем-то, раздумывать особо было нечего. Оставалось только собраться с силами и проломить центр до берега Дона. А оттуда, через реку, следовало ударить подходящим на соединение частям, отступившим после поражения у Волги по левому берегу Дона. Разгромить русских, объединить снова усилия… А там еще посмотрим!

И все бы хорошо получилось! Конные полки русских удалось отбросить. Да и пешцов потрепали как следует. Казалось, вот она, победа! Да не зря ныло сердце старого полководца при виде того злополучного лесочка. Оказалось, за ним стоял резервный полк. И ведь выждал же его командир, пока Мамай не введет в бой последние резервы. И лишь тогда из-за леса вылетели кованые рати знаменитой московской конницы (целиком составленной, кстати, из пришельцев с Волыни, успевших еще на родине и с татарами, и с польскими и венгерскими рыцарями повоевать). Да еще усиленные небольшими, но всегда славившимися прекрасной выучкой литовскими дружинами. Видно, не зря великий литовский князь Ягайло, хоть послами с Мамаем и обменялся, и помощь пообещал, ан не пришел. Предпочел на границе отстояться. Смотрел, видать, чья возьмет! А кто-то из его многочисленной родни не упустил случая мечом помахать.

И дрогнули утомленные двумя сражениями и долгой степной дорогой мамаевы половцы. Еще какое-то время пытались сопротивляться у обозов. Но воодушевленные русские поднажали, и организованное отступление сменилось бегством. Тем более, на горизонте замаячили передовые части Тохтамыша. Часть союзников бросились сдаваться сарайцам (потому что русские и литовцы в этой битве резались зло и пленных не брали). Только самые верные, окружив своего хана, ускоренным маршем двинулись к Днепру, к своим исконным землям.

А отблагодаренные сарайским властителем за помощь русские, похоронив тысячи своих павших, отправились домой. Шли сперва вдоль Северского Донца, через земли, в которых все время ордынской власти сохранялось православное населения. Именно там москвичам и были вручены две иконы Божьей Матери. Те, что потом стали называться Донской и Гребенской.

Мамаево побоище: школьная версия

Вот примерно так могло происходить то, что именуется Куликовской битвой. Но мы-то привыкли совершенно к другой истории. Вот такой:

«В 1380 году Мамай начал готовить новый поход на Русь. Он хотел полностью восстановить власть Золотой Орды над Русской землей. Свое нашествие он задумал как повторение Батыева разгрома. Желая получить формальный повод для начала военных действий, Мамай потребовал от русских дань значительно большую, чем обычно, но русские ответили отказом.

Ордынское войско насчитывало около 100 тысяч человек. В нем были даже итальянские наемники. Союзником Мамая выступил литовский князь Ягайло. Он спешил навстречу ордынцам, чтобы соединиться с ними. А на Руси Мамай потребовал от рязанского князя Олега Ивановича участвовать в походе. Князь Олег вынужденно пообещал Мамаю помощь, но все же предупредил Дмитрия Ивановича о предстоящем нашествии.

Почти вся Русь встала на защиту своей земли. Под знамена московского князя собрались полки из Ростова, Ярославля, Мурома, Белоозера и многих других городов. Пришли даже братья Ягайло — православные Андрей и Дмитрий Ольгердовичи, княжившие на русско-литовском пограничье. Не прислал свои дружины тверской князь Михаил Александрович.

Собирались русские силы около города Коломны и отсюда двинулись к Дону, навстречу врагу.