Загон

– Не горюй, – сказал Сергей Сергеевич, когда она ушла. – Эльзе пора подумать о карьере. Наставничество – это так, вроде хобби. Ей всего двадцать один, молодая. А тебе тридцать два, да?

– Тридцать три скоро будет, – мрачно ответил Андрей.

Сергей Сергеевич убрал руку и позволил ему отстраниться. Затем медленно прошел вдоль шкафа – при этом, казалось, он еле утерпел, чтоб не раскрыть дверцы, – и остановился у стола. Внимательно прочитав визитку полицейского, он положил ее на место и уселся в кресло.

На его макушке под зачесанными волосами блеснула нарождающаяся лысина. Компенсируя неизбежную плешь, Сергей Сергеевич отпустил идеально ровные, будто наклеенные, баки. Глаза у него были самые обыкновенные, не запоминающиеся.

– Я и говорю, несерьезно это, – сказал он, постучав пальцем по подлокотнику. – Наставник должен быть старше. Строго между нами: у меня интеллект-статус на сто баллов выше, чем у Эльзы. К тому же она слишком красива. Меня бы это отвлекало. А тебя?

– Я не отвлекался.

– Проверим. Хронологические рамки Новой Эры.

– А? – Андрею показалось, что он не расслышал.

– Новая Эра, это же просто, – сказал Сергей Сергеевич. – С первого года по… ну?..

– Я не в курсе, – признался он.

– По две тысячи шестьдесят второй, – с укоризной произнес наставник. – А после?.. Что у нас сейчас? Ну?! Эх, Андрей… Новейшая! После две тысячи шестьдесят второго года наступила но-вей-ша-я. Новейшая Эра. Не понимаю, чем вы тут с Эльзой занимались.

– Ей за меня попадет?

– Ничего твоей Эльзе не будет. Ну, а предпосылки?

– Какие еще посылки? – озадачился Андрей.

– Почему возникла Новейшая Эра, – раздраженно проговорил Сергей Сергеевич. – Чем она отличается от предыдущей. Ведь не с бухты-барахты ее так стали называть, правда?

– Не знаю…

– Эльза тебе хоть что-нибудь рассказывала?

– Книжки приносила.

– Какие книжки? Учебники?

– Не знаю… Пушкина, Свифта. Всякие приносила… Это учебники?

– Нет, Андрей, это не учебники.

– И еще она мне фильмы в Сети искала. Там же все фильмы есть. Эльза мне хорошие находила. Мы их вместе смотрели… Я ерунду говорю, да?

Наставник запрокинул голову и начал что-то насвистывать.

– Она же с тобой больше года возилась, – сказал он, глядя в потолок.

– Год и два месяца, – уточнил Андрей.

– А в итоге? Фильмы, Свифт… Вот что, Андрюша. У нас с тобой грандиозные планы. Я тебя буду обучать по новой системе, но для начала нам надо ликвидировать некоторые пробелы. Согласен? Постарайся запомнить побольше, ведь нельзя же так, в самом деле! Это – «не знаю», то – «не знаю»… Жить во втором веке и быть таким инертным!

Он развернул кресло к центру комнаты и указал на кровать. Андрей покорно сел и сложил руки на коленях.

– До две тысячи шестьдесят второго года на Земле было почти двести стран, каждая со своим правительством, границами, армией и так далее. Некоторые из них объединялись, некоторые, наоборот, распадались, многие воевали. Люди гибли миллионами…

– Да, я видел в фильмах, – вставил Андрей.

– Это хорошо… Все конфликты между странами происходили из-за товаров. Иногда это было очевидно, иногда не очень, но если разобрать историю любой войны, то она всегда начиналась либо из-за денег, либо из-за территории, либо из-за возможности влиять на другие страны. Все это нужно опять же для того, чтобы иметь больше товаров. В двадцать первом веке Новой Эры ученые сделали крупное открытие. Генетики создали существо, решившее сразу две проблемы: утилизацию отходов и производство сырья. За несколько лет на Земле построили тысячи молекулярных конвертеров…

– Конвертер! – хлопнул себя по ноге Андрей. – Я же на нем работаю, на М-конвертере!

– Гордись. Возможно, твоя работа – единственное, что удержало мир от последней войны. Это существо, поглощающее мусор… потомки ему еще поклонятся.

– Он не поглощает, он ест. Как мы.