Читаем Загорелись в небе звёзды полностью

С Яновской до сих пор не помирились и между прочим даже не собираюсь. Мне Настя принесла Йоко Оно с Шоном (фотографию понятно). Писали две самостоятельные – по физике и зоологии. В «За рубежом» напечатали интервью с Полом Маккартни. 11 «А» в школу еще не явился. Вот бессовестные! Я уже соскучилась по Агею и Грише. Яновская мнит себя Анной Австрийской и щёлкает пальцами, действуя всем на нервы. Эгоистка! Дура!

7 Декабря – Четверг

11 «А» пришёл в школу! И даже Гриша пришел! Кошмар! И при том постригся, ну чем не дурак?! О боже! Мне в школе аж плясать захотелось. Мы помирились с Яновской (ужас), правда потом поссорились, и весь день ходили за ними. Вообще-то нет, только на большой перемене, а после школы случайно на них наткнулись.

Потом пошли с Яновской ко мне и сначала послушали Битлз, а после я записала наш разговор на магнитофон, ох уж мы поржали. Спорили с ней про Пола Маккартни, обсуждали Агея. Между прочим кроме Пола и еще одного мальчика, который нам уже не нравится, Агей нам обеим нравится. Ну не странно, нет? А Игорёша играет на гитаре! Здорово! Я тоже хочу, но у меня её еще нет.

Пол! КОШМАР! КАК Я ЕГО ЛЮБЛЮ! Я готова сойти с ума! Он такой прекрасный, УЖАС!

12 Декабря – Вторник

Видела сегодня Иру, Гришу и Агея. Гриша носит значок с Битлз. На следующий день после того как мы с Н.Ю.(Яновской) помирилсь, мы поссорились. Мама мне купила альбом и все статьи про битлов, которые у меня были я переклеила туда.

Яновская в своем дневнике каждый день пишет, что она любит Пола Маккартни, а я так не могу. Я его люблю, да люблю. Больше всех на свете люблю. Странно, правда?! Но мама меня не понимает, а папу я вижу самое большее пол-часа в сутки. Весь день я одна, т.е. не одна, а с Полом. Я знаю – его любят многие. Наверное, я тоже многие. Самая обыкновенная девочка, ничем не лучше и не хуже других. Обыкновенная!!! Но я не хочу быть обыкновенной! Честное слово! Не хочу!

12/II – Понедельник

Не писала так долго, потому что стала ужасно ленивая. Мне записали еще 4 концерта Битлз.

Мы Иру совсем разлюбили. Из-за совершенно банального случая. Все было так: нам с Яновской принесли посмотреть журнал про Битлз. Мы пошли в столовку, так как у нас был английский, а мы разных группах. Нас увидела эта Ира и попросила дать посмотреть журнал. Мы ей дали. Она посмотрела и небрежно подвинула его нам, а потом протянула довольно-таки мерзко, что у них такой «имеется». Конечно, так-то вроде ничего. А всё же…

Хоть мы и разлюбили Иру, но мальчики нам по-прежнему нравятся (хотя Агей…) Яновской нравится то Гриша, то Коля (одноклассник Гриши и Агея). Она никак не может выбрать. А мне всё-таки нравится Агей, но не так, чтобы влюбиться.

Вообще я много думала и мне кажется, что по-настоящему влюблена я ещё не была. А к Маккартни у меня была просто внезапная страсть, которая исчезла так же быстро, как и появилась. Но Битлз я люблю всё больше и больше. Я сочинила два стиха. Конечно, я о них не слишком высокого мнения, но как говорится, если подумать то…

Один стих про разочарование в Ире, а другой про Гришу, нахально пробивавшегося в очередь. Я раньше никогда не писала стихи, а сейчас почему-то написала. И у меня это получилось довольно-таки легко. Но стихи совершенно детские. И написала я их отчасти, потому что Яновская Н. тоже написала, но раньше, конечно, если не учитывать разницу в возрасте (она на 1 год и 1 день старше). Странно, она родилась 3 марта 1976, а я 4 марта 1977 года.

По урокам у меня всё нормально, и что самое странное – по тем предметам по которым раньше мне было труднее всего, теперь легче всего. Например по русскому языку у меня где-то десять пятёрок и всего две четвёрки, а по черчению одни пятёрки. У меня в комнате наверное скоро переклеят обои.

Вообще по-моему жизнь какая-то странная штука. Когда чего нибудь надо, именно этого нет, а когда тебе уже этого не надо, оно, естественно, есть. Например, когда мы еще обожали Иру, мы только и искали её, а её нигде не было, а теперь, когда мы к ней безразличны, она попадается нам всюду.

С одной стороны жить хорошо и умирать страшно, но когда думаешь, что будет в будущем, становится страшнее. Я как подумаю, что у меня будет семья – ну там муж, дети – и за все за них я должна буду убирать, стирать и т.д., хорошо, если муж любит тебя, а ты его, а если нет. Я, естественно, не собираюсь замуж без любви, но вдруг я разлюблю мужа, мне же будет противно. И думаю, что если разлюблю, то разведусь. Ну да ладно, мне рано думать об этом. Хотя вообще-то может и не рано.

Я какая-то странная. Честно. Я не хочу говорить, что я лучше всех. Но на меня иногда такое нападает, что страшно становится. Наверное, я немножко гений. Скоро научусь играть на гитаре. Будет очень здорово. Скоро мой день рождения. Папа обещал мне магнитофон, но об это никто не знает кроме меня.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука
Рассказчица
Рассказчица

После трагического происшествия, оставившего у нее глубокий шрам не только в душе, но и на лице, Сейдж стала сторониться людей. Ночью она выпекает хлеб, а днем спит. Однажды она знакомится с Джозефом Вебером, пожилым школьным учителем, и сближается с ним, несмотря на разницу в возрасте. Сейдж кажется, что жизнь наконец-то дала ей шанс на исцеление. Однако все меняется в тот день, когда Джозеф доверительно сообщает о своем прошлом. Оказывается, этот добрый, внимательный и застенчивый человек был офицером СС в Освенциме, узницей которого в свое время была бабушка Сейдж, рассказавшая внучке о пережитых в концлагере ужасах. И вот теперь Джозеф, много лет страдающий от осознания вины в совершенных им злодеяниях, хочет умереть и просит Сейдж простить его от имени всех убитых в лагере евреев и помочь ему уйти из жизни. Но дает ли прошлое право убивать?Захватывающий рассказ о границе между справедливостью и милосердием от всемирно известного автора Джоди Пиколт.

Людмила Стефановна Петрушевская , Джоди Линн Пиколт , Кэтрин Уильямс , Джоди Пиколт

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература / Историческая литература / Документальное