Заговор Англии против России. От Маркса до Обамы

Так победили «Маркс и Спенсер» Карла Маркса и Энгельса или нет? А если да, то как это получилось?

Для начала следует иметь в виду: к 1985-му году глубоко больная страна, которая, по сути, являлась материальным воплощением идеи Маркса, СССР, попала в руки Михаила Сергеевича Горбачёва – его, кстати, в «вашингтонгском обкоме» усиленно «лоббировала» та же Маргарет Тэтчер. Впрочем, лоббировала совсем недолго: как только под ним зашаталось кресло, Маргарет Тэтчер тут же перекинулась на продвижение другой фигуры – Бориса Ельцина. Ведь именно она убедила Рональда Рейгана принять его всерьёз и заняться поддержкой его восхождения на российский престол.

В своё время Британия перехватила знамя лидера нового строя, капитализма, у Голландии. Вслед за ней стала бурно развивать как торговый, так и промышленный капитал. И очень быстро она стала мастерской мира, имея колоссальное положительное сальдо в мировой торговле. Правда, оно поддерживалось, мягко говоря, не всегда рыночными методами. В основном – за счёт силового ресурса, образно выражаясь, с помощью «политики канонерок». Эту политику раскритиковал ещё Адам Смит. Он был вообще одним из самых ярых критиков меркантилизма как теории и осуждал политику Британии в отношении, например, торговли с американскими колониями. В них она искусственно устраняла конкурента, потому что американские колонии вполне успешно стали разворачивать производство товаров, которые производила Британия, в том же количестве и в том же качестве.

Имея в виду искусственное давление Великобритании на британскую Америку, чтобы та продолжала оставаться рынком сбыта для английских товаров, Адам Смит в своём знаменитом исследовании «О природе и причинах богатства народов», написанном в 1776-м году, изрёк знаменитую фразу: «Превращать целый народ в нацию покупателей – позиция, достойная нации лавочников». Кстати говоря, Наполеон подхватил именно эту фразу Адама Смита, презрительно называя Британию «нацией лавочников», и всё поставил на кон, чтобы не допустить монополии Британии в Европе вследствие её высокотехнологичных производств.

Не случайным было и столкновение России с Францией. Оно произошло не без участия Британии. Она своей хорошо организованной разведкой, флотом и вооружёнными силами защищала собственную торговлю. Британских геополитических амбиций побаивался ещё Кутузов, и не зря. Спустя несколько десятилетий после его смерти произошло то, чего он в своё время опасался: Англия и Франция – бывшие противники – объединились и задавили Россию в Крымской войне.

После подписания «мирного» договора в 1856-м году, устранив Россию как геополитическую единицу, Англия и Франция вместе с США развязали так называемую вторую «опиумную войну». Причём первая «опиумная война» тоже была связана с торговыми потребностями англичан. Чаепитие стало национальной традицией Британии, но финансовых ресурсов для нормальной торговли с Китаем в достаточном количестве у неё не имелось. Дело в том, что на международном рынке Китай признавал только твёрдую валюту. Такой валютой при торговле с Британией были серебряные слитки. Однако англичане к тому времени пили такое количество чая, что всего мирового оборота серебра не хватило бы, чтобы покрыть их потребности. И тогда они пошли воистину иезуитским путём – стали формировать так называемые «опиумные» корабли. В Индии под их руководством производился опиум, далее он отгружался в Китай, а «оплаченный» таким образом чай – в Лондон.

В этой «торговой» операции были свои особенности. Первая – ввоз британского товара был… контрабандным. Вторая – объём «товара» был столь велик, что началось масштабное физическое разложение китайского этноса. Выдыхающаяся династия Цин попыталась было остановить «торговлю» – да не тут-то было. Британский экспедиционный корпус, имевший подавляющее военно-техническое превосходство, буквально задавил Китай в этой «опиумной войне». Так побеждал британский торговый капитал, так он завоёвывал мир. Вот ярчайший пример того, как «нация лавочников» решала свои экономические и гастрономические проблемы. Наполеон как-то, уже будучи в ссылке, с горечью заметил: «Нация лавочников поставила нас на колени».

Для лучшего понимания бурного развития экономики Англии полезна аналогия с таким устройством в электронике, которое называется мультивибратор – когда два электронных контура взаимно раскачивают друг друга. Так вот, в Британии того времени сложился настоящий финансовый мультивибратор: торговый капитал и промышленный капитал взаимно раскачивали друг друга. Торговый капитал явился инвестиционным капиталом для промышленного, в то время как промышленный капитал – благодаря уходу в отрыв по качеству и количеству товаров, производимых в Британии, – усиливал и придавал новый импульс доминированию британской торговли. Но какой ценой был получен этот торговый капитал, очень подробно описал в первом томе капитала тот же Маркс. Привожу всего лишь несколько фрагментов из его знаменитого исследования, где он цитирует многих публицистов и политических деятелей своего времени.