Закат Америки. Уже скоро

Европейцы восприняли эти действия США с тревогой и негодованием и не замедлили выплеснуть свои эмоции на американского президента во время его первого визита в Европу летом 2001 года. Как гласил один плакат: «Буша в космос, ракеты в мусорную корзину»(70). Опрос общественного мнения, проведенный тем же летом во Франции, Германии, Италии и Великобритании, выявил наличие широкой оппозиции внешней политике Буша. Почти 85% опрошенных не одобрили решение Буша выйти из Киотского соглашения, в то время как 70% выступили против намерений США аннулировать договор по ПРО и развивать собственную систему противоракетной обороны. 78% выразили убеждение в том, что Буш принимал эти решения «исключительно в интересах Соединенных Штатов, не считаясь с Европой»(71). Возникновение Европейского Союза – не просто реакция на доминирование США в мировой политике, но реакция, продиктованная раздражением американскими односторонними действиями.

Как и в прошлом, американское стремление к односторонним действиям проистекает из опасений того, что международные институты станут посягать на национальный суверенитет и ограничат возможности маневрирования. Это стремление окрепло в последние годы отчасти по той причине, что исчезли сдерживающие факторы времен «холодной войны». Кроме того, играет роль и позиция избирателей: консервативные республиканцы, в особенности те, кто составляет электорат Буша в центральной части страны, являются ярыми поборниками односторонней внешней политики. Вдобавок «сползание» Америки к односторонним действиям диктуется недовольством тем, что сегодня уже невозможно добиваться желаемого столь же часто, как в прошлом. Верные своей привычке руководить, определять стратегию, Соединенные Штаты, вероятно, предпочтут идти своим путем, если союзники откажутся поддержать Вашингтон, – а европейцы и другие будут это делать все чаще и чаще по мере роста уверенности в своих силах.

После атак в сентябре 2001 года Америка как будто опомнилась и повернулась к многосторонним институтам и укреплению интернационализма. Однако война с терроризмом не может служить основой прочного альянса. Америка собрала внушительную коалицию, но военную кампанию против «Талибана» и «Аль-Кайеды» Соединенные Штаты вели фактически в одиночку. Через несколько дней после начала операции 56 исламских государств собрались в Катаре и приняли коммюнике, гласившее: «Конференция отвергает вторжение на территорию любого исламского или арабского государства под предлогом борьбы с терроризмом»(72). Проблемы, разделявшие до 11 сентября 2001 года Америку, Европу, Россию и Китай, не исчезли; они временно отступили на второй план. Даже если война с терроризмом будет продолжаться, ассиметричные угрозы, исходящие от враждебных режимов и террористических организаций, заставят Соединенные Штаты возвести многочисленные защитные барьеры, как-то: системы ПВО, береговое патрулирование, усиление охраны границ, контроль внутренней безопасности. Поскольку сегодня высшим приоритетом американской политики является защита страны, можно утверждать со значительной степенью уверенности, что Америка откажется от внешних обязательств, постарается облегчить собственное «внешнее бремя» и переложить его на плечи других.

Комбинация тенденции к односторонним действиям и изоляционистских устремлений Соединенных Штатов обещает превратиться во взрывоопасную смесь. Однажды Америка отпугнет своих партнеров упрямой приверженностью одиночному курсу. А затем она и вовсе лишит их своего присутствия, выйдя из международной системы отношений, которую, как выяснится, она уже не в состоянии контролировать. В результате в тот момент, когда Соединенным Штатам понадобится помощь международного сообщества, они с неприятным удивлением обнаружат, что оказались в изоляции.

Поскольку подобный вариант развития событий представляется наиболее вероятным, и Соединенным Штатам, и остальному миру следует готовиться к новому, более «осмысленному» варианту американского участия в международных делах. Для Вашингтона выработка обдуманной и устойчивой линии взаимодействия с внешним миром, имеющей поддержку американского народа, предпочтительнее, чем лавирование между односторонними устремлениями и изоляционистской политикой. В то же время Америка должна дать понять своим партнерам, что ожидает от них большего, чем усилий по сохранению status quo, – а не стремиться к «уходу без предупреждения». Если США на самом деле желают осуществить на практике этот новый «либеральный интернационализм», заручиться необходимой поддержкой американского народа, укрепить международные институты по поддержанию стабильности и обеспечить себе и своим союзникам условия более равноправного партнерства, – Вашингтону пора приступать к «закладке фундамента».