Закат Америки. Уже скоро

Поэтому Юг представляет собой стратегическую угрозу, которую Север не сможет игнорировать, однако эта угроза исходит от нескольких изолированных групп или диктаторских режимов, но не от развивающегося мира в целом. Как следствие, Соединенные Штаты имеют возможность преследовать террористические группы и государства, которые их укрывают; примером тому Афганистан. Но это отдельные атаки на отдельные группы или экстремистские режимы, а не столкновение между Севером и Югом. И даже если борьба с терроризмом на его собственной территории возымеет успех, неопределенная и непредсказуемая природа этой угрозы сохранит барьеры между Севером и Югом. Ужесточение пограничного режима, более строгая иммиграционная политика, береговое патрулирование, позволяющее разворачивать и топить не желающие себя идентифицировать суда, – все это отнюдь не признаки новой геополитической разграничительной линии, но лишь удвоенные усилия Севера по ограждению себя от потенциальных опасностей и катаклизмов с Юга.

Более того, если взаимоотношения Севера с Югом будут строиться исключительно в рамках борьбы против терроризма, могут проявиться противоречия, характерные для политики «двойных стандартов». Сражаясь с терроризмом, Америка будет стремиться к сближению с консервативными режимами, которые охотно согласятся на коалицию с Западом. Но многие из этих режимов – Саудовская Аравия, например, – играют ключевую роль в сдерживании политического и экономического развития своих регионов. Рассматривать американские отношения с Югом как войну с терроризмом означает идти на риск укрепления нелиберальных правительств и углубления экономического неравенства, которое ведет к возрастанию недовольства и порождает экстремизм. В сочетании со спорадическими военными вторжениями Запада в развивающийся мир, отождествление дихотомии Север—Юг с геополитической разграничительной линией чревато последствиями, которые заставят вспомнить о сбывающихся пророчествах.

Необходимость удержать экстремистские группы от нанесения вреда Америке должна стать национальным приоритетом, но не следует принимать ее за основу большой стратегии или за новый организационный принцип. Сделать так – значит позволить террористам одержать победу. Усама Бен Ладен хотел превратить Америку в государство-казарму и заставить американцев пожертвовать своими свободами. Он хотел спровоцировать военное противостояние Америки с исламским миром, противостояние, которое трансформировало бы преступный акт в новую разграничительную линию и в столкновение цивилизаций. Он хотел разозлить Америку и вынудить ее отступить перед врагом, против которого подавляющее военное превосходство оказалось бы малопригодным. Но Америка – не игрушка в руках террористов. Борьба против терроризма требует терпения и бдительности, но отнюдь не новой карты мира.

Надвигающийся кризис на Юге, без сомнения, потребует внимания Запада и привлечения западных ресурсов. Но Юг как таковой представляет для Запада гуманитарную проблему, а не стратегическую угрозу. Определяя обязательства Запада в этой борьбе, лучше опираться на морально-этические построения, нежели приводить ошибочные геополитические доводы. Север, конечно, должен искать и находить террористические базы, где бы и когда бы те ни появлялись. Но деление Север—Юг станет геополитической разграничительной линией, только если Запад превратит его в эту линию, только если он будет воспринимать развивающиеся страны как источник терроризма, а не как государства, нуждающиеся в помощи. Конгресс одобрит помощь Ближнему Востоку и Африке скорее из смешанных чувств милосердия и вины, чем во имя предотвращения реализации сценариев безумной анархии, захлестывающей территорию Америки, из страха перед разгневанными ордами, нацелившими оружие массового поражения на Соединенные Штаты. Северу, безусловно, нужно делать все от него зависящее, чтобы не допустить катастрофы на Юге. Но это следует сделать именно по гуманитарным, а не по стратегическим соображениям.

Карта мира, предложенная в этой книге, имеет много общих положений с концепцией Миршеймера. Обе карты опираются на реалистический подход к международной политике. Это фундаментальное сходство объясняет, почему обе карты предсказывают скорое возвращение геополитического соперничества между силовыми центрами мира. Однако реализм Миршеймера существенно отличается от реализма, предлагаемого на страницах этой книги. Описание различий в подходах позволяет как выявить ошибки в концепции Миршеймера, так и прояснить интеллектуальную основу данной книги.