Закат блистательного Петербурга. Быт и нравы Северной столицы Серебряного века

Многие горожане связывали надежды на сохранение старого Петербурга с назначением нового головы – графа Ивана Ивановича Толстого, пришедшего в мае 1913 года на смену Илье Ивановичу Глазунову. «Хочется думать и верить, что ныне всем эстетическим изуверствам пришел конец, – писал в августе 1913 года Николай Брешко-Брешковский, имея в виду столь нелюбимую им «модернистическую архитектуру». – Граф Толстой больше десяти лет был вице-президентом Академии художеств, понимает искусство, любит и ценит его. Ко всему этому еще, Толстой – человек высокой культуры, широко и европейски образованный».

Битва за башни

Очередной акт борьбы за сохранение старого Петербурга развернулся осенью 1910 года вокруг Чернышева моста через Фонтанку (ныне мост Ломоносова). В вопросе о будущем моста сталкивались две точки зрения: одни рассматривали его как бесценную реликвию старины, другие оценивали мост с прагматической, утилитарной точки зрения, настаивая на необходимости сооружения удобной и отвечающей современным требованиям переправы через Фонтанку.

«Каждый раз, когда делается попытка придать Петербургу более или менее благоустроенный вид, поднимается крик о том, что господа техники уничтожают памятники старины», – замечал еще в августе 1907 года обозреватель «Петербургского листка», выступавший под псевдонимом «Пчела». По его признанию, Городское управление действительно мало церемонилось с петербургской стариной, но, с другой стороны, что вообще следует подразумевать под стариной? Ведь в представлении комиссии по изучению и описанию старого Петербурга любое казенное или общественное здание, построенное при Александре I или Николае I, подходит под понятие памятника старины.

«А если так, то Петербургу раз и навсегда отрезан путь к благоустройству, – продолжал господин «Пчела». – Что бы он ни задумал сделать, комиссия может сию минуту наложить свое вето:

– Стоп! Не прикасайтесь к старине…

Чернышев мост через Фонтанку. Фото начала ХХ в.

Но тогда чем же мы не китайцы, которые не хотят знать никаких новшеств?»

Действительно, ситуация со старыми петербургскими мостами служила ярким примером такого отношения. Десятки лет они существовали без всякого ремонта и доходили уже до такого состояния, что начали представлять угрозу для жизни горожан. Более того, пока Египетский и Михайловский мосты не обрушились (соответственно в 1905 и 1906 годах), никто не поднимал вопроса об их художественной ценности.

Что же касается Чернышева моста, то его собирались перестроить еще с конца 1880-х годов, и камнем преткновения стала главная достопримечательность моста – его башни.

Дело в том, что когда в 1780-х годах возводились гранитные набережные Фонтанки, ее берега были соединены семью каменными мостами с башнями, которые сооружались по одному типовому («образцовому») проекту. Пять из семи мостов были перестроены в XIX веке и утратили свои башни, только Чернышев и Старо-Калинкин мосты являлись единственными башенными мостами через Фонтанку, уцелевшими в своей первозданности с XVIII века.

Петербургские ревнители старины весьма серьезно отнеслись к реальной возможности потерять еще один башенный мост через Фонтанку. Несмотря на это, в итоге долгих архитектурно-инженерных споров Чернышев мост спроектировали в новом виде – без башен. Как только это стало известно, Городскую управу «атаковали» сразу с трех сторон.

Академия художеств заявляла, что не допускает и мысли об изменении исторического облика моста. Техническо-строительный комитет МВД обратился к городским властям: «Крайне нежелательно, чтобы столица империи вновь обезличилась уничтожением одного из характернейших памятников XVIII столетия. В уничтожении башен и изменении вида моста нет никакой надобности».

Вмешалась также Императорская археологическая комиссия, заявившая следующее: «Переустройство Чернышева моста, как художественного памятника старины, согласно действующим законам, не может быть допущено без разрешения комиссии, которой и должен быть представлен на утверждение проект предполагаемых работ».

Чернышев мост через Фонтанку. Фото начала ХХ в.

Тройная художественно-техническо-археологическая «опека» привела в такое раздражение «обер-мостака» Городской управы инженера Кривошеина, что он не без сарказма заметил: «Означенные три учреждения наиболее заинтересованы в сохранении Чернышева моста как памятника, а не как моста. Городское же присутствие заинтересовано в стремлении создать жителям удобное сообщение, чему существующий мост даже после реставрации удовлетворять не может. Не поставить же Чернышев мост с башнями под стеклянный колпак как археологическую редкость с предупреждением: „Ходьба на цыпочках“?»