Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал! (СИ)

Не гордая?! Да в этой фурии гордости и самолюбия больше, чем во всех женщин, которых он знал! Внутри расплавленной лавой клокотал гнев. Один взгляд на служанку, протирающую вазу и та выскользнула из её ослабевших рук, разбившись. Интересно, почему она её так долго натирала и как много успела услышать из их разговора с женой? В другой бы ситуации он уволил эту криворукую, но ваза ему никогда не нравилась, а служанка, получив расчёт, тут же разнесёт горячие сплетни по всему городу. Поэтому прошёл мимо побелевшей женщины, не сказав ни слова.

Но какая разница? Уже скоро по всему дому разнесутся сплетни, и собственные слуги станут на него смотреть, как на чудовище. Порицая за жестокое обращение с молодой женой. Приглашая её сегодня утром на завтрак, собирался сообщить о приёме, и поддержать после брачной ночи, чтобы не пряталась в комнате. Но особа, спустившаяся утром к завтраку, прятаться и молчать не собиралась. Можно всего было ожидать, что она будет смущена, раздавлена, но не открытых боевых действий. Подумать только, ему объявили войну в собственном доме!

Он видит собственную жену третий раз в жизни, но каждый раз она предстает в новом свете. В первую встречу это была блеклая, испуганная девчонка, прячущая свой страх за вызывающими словами. Его только насмешили её угрозы о том, что она никогда не выйдет за него замуж. Ей нечего было противопоставить ему.

Второй раз он увидел свою жену в объятиях лучшего друга. В свадебном платье она выглядело довольно привлекательно. В тот момент язык не повернулся бы назвать её блёклой или бесцветной молью. Покоробило, что они находились в такой близости и ворковали. Браслеты же на их руках вызвали недоумение, и он потребовал объяснений.

Раздосадованный тем, что все надежды по разводу сорвались, и они теперь повязаны навек, поспешил покинуть праздник, который стал для него похоронами всех тщательно продуманных планов. Даже родителей её поприветствовать не подошёл, давая им понять, что не одобряет поведения их дочери. Ей было совсем не обязательно танцевать и улыбаться Дениэлю, нарушая все правила приличия. Почему они допустили это?

Но всё же во вторую встречу Анника произвела на него впечатление благоразумной особы. Норову и юношеской глупости поубавилось. Она всем своим поведением показывала, что принимает их брак. Её просьбу о том, чтобы дать ей время привыкнуть, пропустил мимо ушей, не собираясь ухаживать и прыгать вокруг новобрачной. Она ему нужна лишь для наследника, пусть сразу осознает этот факт и не предъявляет претензий. Не составило труда обернуть её же слова против неё и без споров отправить в супружескую постель.

Сегодня же он увидел перед собой оскорблённую женщину, которая без истерик подробно расписала ему как он был не прав, и прямым текстом поставила в известность, что мириться с таким отношением к себе не намерена. Такое самообладание и смелость у взрослой женщины не часто встретишь, а тут вчерашняя пансионерка прилюдно стала обсуждать их интимные отношения. И осуждать. Каждое её слово разило кинжалами точно в цель.

— Робин, вызови Ферона, — приказал личному слуге, что попался ему на пути.

— Что-то случилось? — позволил себе удивиться тот. Ферон был сильным целителем и не раз латал от серьёзных ранений.

— Пусть осмотрит мою супругу перед поездкой в город.

Следовало как можно скорее убрать синяки с её рук и проверить, насколько сильно она в действительности пострадала. Больше ничего пояснять не стал, скрывшись от удивлённого взгляда слуги за тяжёлыми дверями своего кабинета. Скоро тот сам узнает зачем и почему. Подойдя к шкафу, достал бутылку и плеснул себе крепкого напитка, желая смыть горечь утреннего разговора.

Вид синяков на руках жены стал для него немым укором. Поверить не мог, что сам оставил их ей. Неужели он и правда был с ней настолько груб? Самое паршивое, что он не помнил. Брачная ночь стала тем ещё испытанием. Он был во власти собственного раздражения. Ещё этот разговор с женой и сомнения в её невинности потребовали как можно скорее убедиться, что она чиста, а не порченный товар. С этим хотелось покончить как можно скорее, не затягивая.

Анника действительно не сопротивлялась. Ему не пришлось преодолевать слёзы и страхи жены, слушать истерику невинной девицы. Лишь раз пожаловалась, что ей больно, но ведь в первый раз всем больно и все новобрачные проливают кровь на супружеские простыни.

Покоробило, как она сбежала сразу мыться. Собирался на будущее сказать, что после этого ей лучше полежать, но остановили её слова о том, что ещё идёт кровь. Несмотря на разрядку, внутри грызло неудовлетворение и внутренний протест, что вынужден соединяться с ней до тех пор, пока она не забеременеет. Уходя от неё, он и представить не мог, что нанёс ей сильные повреждения. Просьбу позвать целителя принял за блажь испуганной первым разом девицы.