Занимательная история Церкви

Ориген считал, что если Бог благ и всемогущ, значит, Его благость и всемогущество на что-то направлены. На что? На мир. Мир не может не существовать, иначе Бог не был бы ни всемогущим, ни благим: Ему не в чем было бы проявлять эти качества. А поскольку Бог вечно благ, то и мир существует вечно. Он безначален и бесконечен, точнее — безначальна и бесконечна бесчисленная смена идущих друг за другом миров. Каждый из них индивидуален и неповторим.

Зло возникает из нежелания свободных духов (ангелов) стремиться к совершенству. Пока одни поднимаются к Богу, другие падают вниз в несвободу, в материю. По Оригену, сначала существовали только духи, равные между собой. Потом некоторые из них добровольно отпали от Бога, охладели и спустились и образовали души. Когда они пали еще больше, образовался материальный мир, а души вселились в тела. Какова душа, таково и тело, поэтому все люди выглядят по-разному. Падшие души страдают, потому что страдание есть инструмент спасения, обратного движения вверх. Страдающий понимает и осознает свою греховность и стремится от нее избавиться. Каждое последующее рождение души — это пусть вниз или вверх, к падению или спасению, в зависимости от того, как она прожила свою жизнь. Души воплощаются в новые тела в новых мирах, пока все в конце концов не придет к единству спасения — апокатастазису.

Ориген первым ввел понятие Богочеловека. Иисус нисходит в мир, чтобы восполнить падшую тварную природу Своим совершенством и всех вернуть к Богу. Речь идет не только о людях, но и обо всех разумных душах, так или иначе отпавших от Бога, будь то демоны или ангелы. «Было бы нелепо думать, что Христос пострадал за людей, но не пострадал и за ангелов: ведь и самые совершенные между ними тоже не безгрешны». Дьявол держал нас в аду по праву, потому что мы согрешили; но Христа он удержал не по праву, потому что Тот не согрешил. За эту несправедливость ему пришлось отдать и тех, кто согрешил. Получилось по поговорке: откусил больше, чем мог проглотить.

Наш мир не единственный — когда он закончится, за ним последуют другие. Очищение и спасение в нашем мире совершается не до конца (это видно из простого жизненного опыта). Каждый новый мир необходим, чтобы очистить еще не спасенные души. Эти миры будут все лучше и лучше, а грешников в них — все меньше и меньше. Последний мир будет лучше всех, материальное в нем сведется к минимуму, духовное будет торжествовать. Наконец, нигде не останется никакого зла, все закоренелые грешники, даже сам дьявол, раскаются и обратятся к Богу. Материальный мир исчезнет за ненадобностью, и настанет вселенское единство духов. «И будет Бог все во всем» (1 Кор. XV, 28).

Глава вторая, «Манихеи». Системы гностиков

Во всех гностических системах есть одна общая черта, которую условно можно назвать «небом, смешанным с грязью» или «духом в капкане». Трагичность мира гностики видели в том, что духовное начало находится в нем в чужой среде, мучаясь и тоскуя по своей небесной родине. Тем, кто хранил в себе эту небесную искру, гностицизм нес благую весть — понимание того, что их плен не вечен и каждая страждущая душа вернется в подобающий ей мир.

Другая характерная черта — ступенчатое нисхождение от абсолютно света в абсолютный мрак и гигантский скачок, который совершает «духовный человек» с самой нижней ступеньки на самую верхнюю. Процесс творения гностицизм воспринимал как поэтапное удаление от полноты Бога и общую деградацию, приводящую к духовной слепоте. Но это все дальше расходящийся разрыв неожиданно замыкается в круг, когда тусклая точка в самом конце пути — человек — вдруг вспыхивает изначальным небесным светом самого Творца. Они протягивают друг другу руки через мироздание: духовный порыв человека, идущий снизу, встречается с щедростью и милосердием божества, идущими сверху, и насквозь пронизывают все бытие сверху донизу. Так из дисгармонии разделения возникает гармония единства, которая придает гностицизму характер апокалиптического оптимизма, свойственного и христианству.

Система Юстина