Читаем Записки археографа полностью

Особенно примечательно было выступление 3. А. Дустмухамедова, начальника Главархива Республики Таджикистан. «Правительство и Главархив Республики Таджикистан возражают против Постановления СМ РСФСР от 12 октября 1991 г. “О развитии архивного дела в РСФСР”, – сообщил руководитель таджикских архивов. – У него нет правовой основы, чтобы относить документы ГАФ СССР к экономической основе суверенитета РСФСР. На президиуме Кабинета Министров Таджикистана обсудили вопрос о ЦГА СССР, правительство против того, чтобы ЦГА СССР переходили в ведение Роскомархива. Все должно быть согласовано с суверенными республиками, они на это имеют право. Ведь в ЦГА СССР есть документы по истории каждой республики, у нас же многих документов нет по истории нашей страны, которые хранятся в ЦГА СССР, и мы хотим иметь не равные права в пользовании этими документами (как предусматривает и. 2 постановления от 12 октября), а быть их полноправными хозяевами» (курсив мой. – Р. П.)[793].

К этой позиции присоединился Т. А. Абдыкаров (Кыргызстан). «Что касается ЦГА СССР, то фонды их уникальны, многих документов по истории страны у нас нет, они есть в ЦГА СССР (например, документы о земельных спорах, карты и планы земель и т. и.). Нет необходимости передавать ЦГА СССР в ведение одной республики (РСФСР). Пересъемка копий – это большой труд и деньги. Надо дать определенные права на эти документы и союзным республикам» (курсив мой. – Р. П.)[794].

Самые тревожные опасения стали реализовываться. Желание растащить центральные архивы «по национальным квартирам» проявилось со всей очевидностью. Бездействие и беспомощность союзного главка только стимулировали желание республик быть «полноправными хозяевами» документов Российской империи, союзного аппарата управления. Оставалось только радоваться, что уже принято Постановление российского Совмина от 12 октября 1991 г., уже включившее центральные архивы в российскую архивную систему.

Справедливость такого вывода подтверждается очень квалифицированным вопросом моего украинского друга Бориса Васильевича Иваненко. Он спросил Ваганова: «Как будут решаться вопросы финансирования?» Фёдор Михайлович Ваганов должен был признаться: «Этот вопрос еще не решен. Центральные государственные архивы СССР Роскомархив готов финансировать. Пока Минфин СССР не отказал в финансировании».

Мне осталось напомнить, что существование союзного Минфина не предусматривается.

Ваганов с горечью продолжил: «Вопрос о финансировании союзных архивных учреждений серьезный, но в стране некому на него ответить.

Нет правительства в стране. Россия знает, что она делает и зачем. Но Государственный совет СССР работает, возможно, он что-то сделает. Идет борьба не на жизнь, а на смерть по вопросам о государственном устройстве страны. Кто кого одолеет – не ясно».

Итог первого дня совещания подвёл В. А. Тюнеев, заместитель председателя Комитета по делам архивов РСФСР: «Позиция Роскомархива однозначна, она не может отличаться от позиции Правительства РСФСР. Постановлением СМ РСФСР от 12 октября Главархиву СССР отказано существовать на территории России и дано указание передать все, в том числе и ЦГА СССР, Роскомархиву. Каждое союзное ведомство может выступить с требованием его сохранения. Весь ход совещания свидетельствует о том, что мы не вправе сейчас решать все эти вопросы».

На следующем заседании, 20 ноября 1991 г., инициативу попыталась взять в свои руки В. А. Ильичёва, своего рода идейный лидер союзного главка. Она начала с того, что «Москва – столица не только России, но и Союза. Об архивном органе страны решать будет Государственный совет СССР. Орган управления архивным делом должен быть координирующим (в этом ни у кого нет сомнения), но другим и по численности, и по функциям. Структур в нем не будет, будут крупные специалисты, они будут координировать работу по направлениям. …Как специалисты, мы должны обосновать и обеспечить сохранение отрасли по архивному делу. Что касается ЦГА СССР, то в них есть документы и по истории суверенных республик. РСФСР не является правопреемником Российской империи, в ЦГА СССР сосредоточены документы Российской империи, территорий Кавказа и других, документы о деятельности армии. Правопреемником Российской империи является Союз государств. Так считают и ЦГА СССР[795]. …Финансироваться ЦГА СССР должны из союзного бюджета, его будут формировать все 10 республик. Этот вопрос будет рассматриваться на Государственном совете СССР. Как решится вопрос – не знаем, но профессиональную точку зрения мы должны высказать»[796].

Её коллега Э. С. Кузьмина предложила «подготовить короткое обращение нашего совещания с двумя пунктами:

1. О признании целесообразности функционирования координационного союзного архивного органа;

2. О целесообразности создания государственной ассоциации 12 ЦГА СССР, чтобы сохранить свой статус».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Древний Египет
Древний Египет

Прикосновение к тайне, попытка разгадать неизведанное, увидеть и понять то, что не дано другим… Это всегда интересно, это захватывает дух и заставляет учащенно биться сердце. Особенно если тайна касается древнейшей цивилизации, коей и является Древний Египет. Откуда египтяне черпали свои поразительные знания и умения, некоторые из которых даже сейчас остаются недоступными? Как и зачем они строили свои знаменитые пирамиды? Что таит в себе таинственная полуулыбка Большого сфинкса и неужели наш мир обречен на гибель, если его загадка будет разгадана? Действительно ли всех, кто посягнул на тайну пирамиды Тутанхамона, будет преследовать неумолимое «проклятие фараонов»? Об этих и других знаменитых тайнах и загадках древнеегипетской цивилизации, о версиях, предположениях и реальных фактах, читатель узнает из этой книги.

Борис Георгиевич Деревенский , Энтони Холмс , Мария Павловна Згурская , Борис Александрович Тураев , Елена Качур

Культурология / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Детская познавательная и развивающая литература / Словари, справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Эссеистика
Эссеистика

Третий том собрания сочинений Кокто столь же полон «первооткрывательскими» для русской культуры текстами, как и предыдущие два тома. Два эссе («Трудность бытия» и «Дневник незнакомца»), в которых экзистенциальные проблемы обсуждаются параллельно с рассказом о «жизни и искусстве», представляют интерес не только с точки зрения механизмов художественного мышления, но и как панорама искусства Франции второй трети XX века. Эссе «Опиум», отмеченное особой, острой исповедальностью, представляет собой безжалостный по отношению к себе дневник наркомана, проходящего курс детоксикации. В переводах слово Кокто-поэта обретает яркий русский адекват, могучая энергия блестящего мастера не теряет своей силы в интерпретации переводчиц. Данная книга — важный вклад в построение целостной картину французской культуры XX века в русской «книжности», ее значение для русских интеллектуалов трудно переоценить.

Жан Кокто

Документальная литература / Культурология / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное