Записки наркома

Эта крайне жесткая мера поставила нас в безвыходное положение. В разгар войны, при острой потребности в автоматах, нельзя было не отгружать их на фронт, а дисков еще не было. В таких условиях руководство завода при молчаливом содействии военпреда решило продолжать отправку ППД, приняв на себя обязательство укомплектовать их дисками в течение месяца.

Весь коллектив предприятия работал с исключительной самоотверженностью. Люди сутками не уходили с завода. Но и при всем этом установленные для конструкторов, технологов, цехов оперативные сроки не выдерживались. В необычайной спешке допускалось много ошибок. Готовые автоматы неоднократно возвращались с отстрела на исправление. Были дни, когда на исправлении работало людей больше, чем на сборке. Практически в такой обстановке на изготовление автоматов уходило времени больше, чем потребовалось бы при правильно установленных сроках.

Вскоре Сталин прислал директору завода, секретарю парторганизации и председателю завкома телеграмму резкого содержания, угрожавшую репрессиями. Прибывшие из Москвы сотрудники НКВД начали поиски вредителей и саботажников и для начала арестовали одного из инженеров. Заводом «заинтересовались» все контрольные органы.

Нажим и угрозы только мешали делу. Весь коллектив работал из последних сил, не считаясь со временем, но эффективность этих усилий резко снижала созданная на заводе обстановка.

Перелом начался после того, как Сталин был ознакомлен с образцами из первой партии дисков для ППД. Он остался доволен ими. Особенно ему понравилось, что они вмещали 71 патрон, то есть на два патрона больше, чем диски «Суоми», хотя практического значения это не имело. Потом Сталин принялся подробно расспрашивать о работе завода, и рассказ о создавшейся там ненормальной обстановке произвел на него впечатление. Он тут же дал указание отозвать с завода сотрудников НКВД, а мне предложил выехать туда и действовать так, как я найду нужным.

Эти указания Сталина внесли большое успокоение, укрепили уверенность коллектива завода в своей работе. Производство ППД постепенно начало входить в нормальное русло, о чем я и доложил Сталину, когда он вновь вызвал меня неделю спустя. В связи с этим я получил от него новое задание: выехать на фронт и посмотреть в одной из действующих армий, как осваиваются ППД.

Я выехал поездом в Ленинград, а оттуда на машине добрался до штаба армии, которой командовал очень образованный и хорошо знающий оружие генерал Грендаль. Он и член Военного совета генерал Запорожец оказали мне существенную помощь, благодаря которой поручение И. В. Сталина было выполнено довольно обстоятельно.

Кстати, тогда же окончательно выяснилось, что представленная Сталину кем-то из военных информация о «безотказном» действии диска «Суоми» была очень далека от действительности. На фронте мне показали финский автомат, владелец которого был убит, почти не успев выстрелить. Вскрыв крышку диска, я обнаружил отказ на третьем патроне. Солдату, видимо, не удалось быстро устранить задержку, так как характер ее требовал снять для этого диск. Такие и различные другие случаи отказа обнаружились и в нескольких последующих трофейных автоматах, взятых красноармейцами у солдат противника, убитых как раз в тот момент, когда их оружие не действовало. Пистолет-пулемет «Суоми», как оказалось, таил в себе и другую большую опасность: он сам по себе мог начать автоматическую стрельбу, так как при сильном встряхивании или при ударе некоторые задержки самоустранялись. Наши диски не имели таких недостатков.

События той поры сделали очевидным, что пистолет-пулемет — такое оружие, которое в дальнейшем в случае войны потребуется в больших количествах, чем любое другое. Отсюда возникала задача сделать его еще более дешевым, простым и портативным.

Конструкция ППД была разработана еще в те годы, когда холодная и горячая обработка металла давлением находились на низком уровне, кузнечные и прессовые цехи подавали в механообрабатывающие цехи заготовки с большими припусками. Геометрия деталей стрелкового оружия была сложной, и каждую из них, независимо от ее назначения и условий работы, конструкторы считали обязательным подвергнуть тщательной механической обработке, отделке. Допуска принимались наиболее жесткие, особенно для деталей механизмов автоматики. Все это вместе требовало затраты многих станко-часов на изготовление оружия, и, в частности, пистолета-пулемета Дегтярева.

Но в последние предвоенные годы был достигнут значительный прогресс в технологии машиностроения, особенно в точности и чистоте обработки при помощи горячей штамповки, литья, холодного прессования и других операций. Прогрессивные методы широко внедрялись и в промышленности вооружения, и нужно было создавать современные конструкции оружия, соответствовавшие новой технологии производства.