Читаем Записки о прошлом полностью

Мальчик наконец-то увидел Елену. Он стоял на горе и ждал, когда она появится. Она не была одной из тех, на кого долго смотрят прохожие, оборачиваясь и прекращая свое движение по беличьему колесу. Вы могли пройти мимо нее в метро и даже не выделить среди других, вот и сейчас она оделась очень скромно. Зимние штаны и куртка белого или светло-серого цвета, русые волосы и приветливая улыбка, которую редко встретишь в мегаполисе. Мальчик, кстати, выделялся гораздо больше. Эта его шапка, переливающаяся разными цветами радуги, ядовито-зеленая куртка. Елена взяла с собой собаку. Белый самоед, который обладал очень агрессивным характером по причинам, сокрытым от автора этой истории, мальчика и Елены. Она пришла со всей семьей, мальчик и его родители направились навстречу. Они встретились внизу, взрослые начали весело общаться, а он так трепетал от любви, что забыл о письме, которое лежало во внутреннем кармане, да и о возможности говорить вообще. Она первая поздоровалась с ним, он ответил тем же, Елена быстро ушла кататься на ватрушке со своей сестрой 13 лет и братом помладше. Он поскорее подошел ко взрослым и влился в разговор, чтобы забыть о письме, о невысказанных чувствах. Так прошло около часа, после которого катающиеся промокли насквозь и попросили маму Елены пойти домой. Родителей мальчика пригласили в гости, чтобы отпраздновать наконец наступивший новый год. Все расселись за большим столом. Мама Елены обладала невероятной способностью накрыть на стол даже при отсутствии должного количества продуктов, а уж сегодня их недостатка не ощущалось. В этом доме всегда было застолье, но Елена в нем почти никогда не участвовала, она поднималась наверх, в свою комнату, и спускалась только по необходимости. Именно сейчас, в домашней одежде и с мокрой после душа головой она казалась особенно красивой. Здесь мы в очередной раз вступаем в недоступную для описания область и уповаем на то, что читатель хотя бы раз любил по-настоящему. Представьте обожаемого вами человека. Этот человек прекрасен, и вы любите его до невозможности, но иногда свет падает не под тем углом, а бывает, что этот человек наденет не очень подходящую, по вашему мнению, вещь. Парикмахер, может, услышал любимую песню или просто отвлекся на секунду, так что сделал лишнее движение, которое, конечно, попытался исправить, но если долго смотреть, то начинаешь замечать оплошность. Так вот, представьте, что ничего этого не случилось. Перед вами предстает человек, который всегда прекрасен, но в этот короткий миг прекрасен особенно. Хочется остановить это мгновение, прожить все отведенные года здесь и сейчас, лишь бы ничего не менялось. Вот это чувствовал мальчик в момент, когда Елена вышла в домашней одежде и с мокрой после душа головой, чтобы взять воды, фруктов и отправиться обратно в свою комнату. Наступала ночь, он так и не поговорил с ней, а письмо, сложенное вчетверо, лежало во внутреннем кармане куртки. По приходе домой ему стало очень грустно от своей слабохарактерности. Он достал листок, взял ручку со стола, слишком большого для смехотворного количества вещей, лежащих на нем, и написал что-то вроде постскриптума. Ему хотелось понять, почему отдать этот листок бумаги так и не получилось. Ответа на поставленный вопрос не вышло, но все же в написанном он увидел определенный смысл и решил оставить. Только поставил дату наверху. Без цели, почти что рефлекторно.


На этот раз он достал наушники, включил грустную музыку. Засыпать пришлось уже не с мечтами о будущем, а с тяжелым грузом настоящего.


После Анастасии П. я встречался с Марией К. Она была на голову, если не больше, выше меня, но я обратил на это внимание только через несколько лет после расставания, а тогда даже не задумывался об этом. В пятом классе я учился почти идеально, но вел себя так отвратительно, что пришлось завести специальный дневник по поведению, где каждый учитель по окончании урока записывал, чем я сегодня отличился. В четвертом классе я не поступил в физмат, пришлось идти в филологический. Математику я знал лучше всех, пришел на экзамен с такой уверенностью в успехе, что не смог вычесть два числа в столбик и, кажется, решить элементарную задачу на составление уравнения. Мама потом пошла посмотреть работу, звонила мне и плакала в трубку. Это был первый провал за всю жизнь, так что и переживания были немного преувеличены. Так я и оказался в коллективе из 20 девочек и 6 мальчиков с усиленным изучением русского и английского языков, доброй классной руководительницей и дневником по поведению, который следовало вести до того момента, когда за всю неделю там не будет ни одного плохого отзыва. Это было настолько сложной задачей, что дневник продержался у меня до весны. В ту неделю лучший друг уехал отдыхать, веселиться было не с кем.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Как мы умираем. Ответ на загадку смерти, который должен знать каждый живущий
Как мы умираем. Ответ на загадку смерти, который должен знать каждый живущий

Кэтрин Мэнникс проработала более тридцати лет в паллиативной помощи и со всей ответственностью заявляет: мы неправильно относимся к смерти.Эта тема, наверное, самая табуированная в нашей жизни. Если всевозможные вопросы, касающиеся пола и любви, табуированные ранее, сейчас выходят на передний план и обсуждаются, про смерть стараются не вспоминать и задвигают как можно дальше в сознании, лишь черный юмор имеет право на эту тему. Однако тема смерти серьезна и требует размышлений — спокойных и обстоятельных.Доктор Мэнникс делится историями из своей практики, посвященной заботе о пациентах и их семьях, знакомит нас с процессом естественного умирания и приводит доводы в пользу терапевтической силы принятия смерти. Эта книга о том, как все происходит на самом деле. Она позволяет взглянуть по-новому на тему смерти, чтобы иметь возможность делать и говорить самое важное не только в конце, но и на протяжении всей жизни.

Кэтрин Мэнникс

Психология и психотерапия / Истории из жизни / Документальное
На бетоне
На бетоне

Однокурсница моего сына выпрыгнула из окна 14-го этажа общежития после несдачи зачёта по информатике. Преподаватели настоятельно попросили родителей студентов «побеседовать с детьми, провести психологическую работу, во избежание подобных эксцессов».Такая беседа была проведена, в ходе неё были упомянуты собственные жизненные трудности, примеры их преодоления. В какой-то степени это стало для меня самого работой над ошибками.Уже после этого на ум стали приходить примеры из жизни других людей. Эти истории, а также сделанные на основе этого выводы, легли в основу данного произведения.Книга посвящена проблеме стресса. Несколько сумбурно и хаотично набросаны примеры, в которых люди сломались под давлением обстоятельств и ушли из реального, нормального человеческого существования. В заключении даны практические рекомендации, как сделать, чтобы стресс выполнял свою функцию адаптации.

Федор Московцев , Татьяна Московцева

Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное