Запрещенная экономика. Что сделало Запад богатым, а Россию бедной

Во времена Николая II серьезное внимание уделялось подготовке инженерных кадров. На этом направлении также были достигнуты впечатляющие результаты. В технологическом институте Петербурга в 1897/98 году обучалось 841 человек, а в 1913/14 – 2276; Харькова: 644 и 1494 соответственно. Московское техническое училище, несмотря на название, относилось к институтам, и здесь данные такие: 718 и 2666. Политехнические институты: Киев – 360 и 2033; Рига – 1347 и 2084; Варшава – 270 и 974. А вот сводка по студентам земледельческих высших учебных заведений: в 1897/98 году в них было 1347 студентов, а в 1913/14 – 3307.

Быстро развивающаяся экономика потребовала и кадров в сфере финансов, банковского дела, торговли и т. п. Система образования отреагировала на эти запросы, что хорошо иллюстрируется следующими статистическими данными: за шесть лет, с 1908 по 1914 годы, число студентов соответствующих специальностей увеличилась в 2,76 раза. Например, в Московском коммерческом институте в 1907/08 учебном году училось 1846 студентов, а в 1913/14 – 3470; в Киевском в 1908/09 году – 991 и 4028 в 1913/14 году.

Понятно, что начальное, то есть наиболее массовое, образование является тем фундаментом, на котором потом строится дальнейшее обучение.

До революции Николай II быстрыми темпами создает систему школ для широких масс. По данным исследователя отечественной системы образования Сапрыкина, в 1916 году в России было около 140 тысяч школ разных типов при населении порядка 171 млн человек. Для сравнения: в нынешней Российской Федерации – 65 тысяч общеобразовательных учреждений, а численность населения – 143 млн. Школьная перепись 1911 и 1915 годов показали, что в центральных великорусских и малороссийских губерниях достигнуто полное обучение мальчиков. Школы строились быстрыми темпами даже в разгар войны, вплоть до 1917 года, и в начале 20-х годов планировалось достигнуть обучения всех детей России. Под этим подразумевалось четырех-пятилетний курс начальных школ, да так, чтобы ученики могли потом продолжить занятия, но уже в гимназиях. Иными словами, последние остатки сословных перегородок должны были уйти в прошлое уже к 20-м годам.

Как указывает доктор исторических наук С. В. Волков в своей книге «Почему РФ еще не Россия», если к 1897 году среди учащихся гимназий и реальных училищ доля потомственных дворян составляла 25,6 %, а среди студентов – 22,8 %, то в дальнейшем она существенно снизилась и к 1914–1916 годам находилась на уровне 8-10 %. Здесь мы немного выходим за временные рамки, обозначенные в главе, но это сделано для того, чтобы показать тенденцию.

Да, согласно Волкову, число специалистов с высшим и средним специальным образованием в 1913 году была невелика – примерно 190 тыс. (1 на 837 работающих). Общая численность образованного слоя составляла около 3 млн (2,2 % населения). Но именно в это время были подготовлены все предпосылки для интеллектуального и образовательного рывка.

Образ дореволюционной элиты тесно связан с офицерством. Бытует представление, что в этом слое абсолютное большинство принадлежало выходцам из дворян. Это очередное заблуждение, возможно, сформировавшееся под влиянием кино и классической литературы. На самом деле в 1912 году, согласно подсчетам Волкова, дворян среди офицеров было лишь немногим больше половины (53,6 %).

Существенным аспектом состояния общества является имущественное расслоение. Многие думают, что плодами достижений России пользовалась несколько процентов населения, утопавшие в роскоши, в то время как остальной народ прозябал в нищете. Например, в публицистике давно уже гуляет тезис о том, что в конце XIX – начале XX века 40 % крестьянских новобранцев впервые пробовали мясо только в армии. При этом ссылаются на генерала Гурко.

Что тут скажешь? Поразительна живучесть даже самых неправдоподобных утверждений! Судите сами. Согласно уже цитировавшемуся справочнику «Россия 1913 год», на 100 человек сельского населения в 1905 году приходилось крупного рогатого скота – 39 голов, овец и коз – 57, свиней – 11. Всего 107 голов скота на 100 человек. Прежде чем попасть в армию, крестьянский сын жил в семье, а, как мы знаем, крестьянские семьи тех времен были большими, многодетными. Это существенный момент, потому что если в семье было хотя бы 5 человек (родители и трое детей), то на нее в среднем приходилось 5,4 голов скотины. И нам после этого говорят, что значительная часть крестьянских сыновей за всю свою допризывную жизнь ни в своей семье, ни у родственников, ни у друзей, ни на праздниках – нигде и ни разу не пробовали мяса.

Конечно, распределение скота по дворам не было одинаковым, одни люди жили богаче, другие беднее. Но совсем уж странным было бы утверждать, что во многих крестьянских дворах не было ни одной коровы, ни одной свиньи и т. п.