Читаем Запросы плоти. Еда и секс в жизни людей полностью

В настоящее время питание масаи меняется к худшему. Часть масаи переселилась в города. Там они едят пищу «цивилизованных людей» и приобрели болезни, присущие городским жителям, в том числе, болезни сердца (но даже у масаи-горожан, уровень холестерина ниже, чем у европейцев). Другие остаются сельскими жителями, хотя лишились большей части скота, и вынуждены заниматься земледелием и птицеводством – выращивать цесарок и страусов. Едят каши, свежее и кислое молоко и масло. Состояние здоровья у них пострадало в меньшей мере, чем у городских масаи. Из напитков масаи пьют сладкий чай с молоком. Они также выделывают пиво из корней алоэ и меда.


Возрастные группы. Деление на племена и роды у масаев сочетается с возрастным делением. Из-за высокой детской смертности имя ребенку дают через три месяца после рождения. Тогда же ему бреют голову, оставив продольную полоску волос на манер петушиного гребня. Мальчикам, едва начавшим ходить, доверяют присматривать за телятами и ягнятами, а девочкам дают поручения по хозяйству. Тем не менее, основное занятие детей – игры. Каждые 15 лет масаи проводят посвящение мальчиков в молодые воины – мораны. В группу для посвящения попадают мальчики и юноши от 12 до 25 лет. Центральным в посвящении является обряд обрезания – эмората. За два дня до обрезания с головы и тела мальчиков сбривают волосы. На другой день забивают приведенный родителями скот и устраивают пир, где взрослые веселятся и пьют много пива. На следующий день знахарь племени доробо (лесных охотников и медовиков) проводит обрезания. Он работает острым ножом без анестезии. Обрезание неполное: снизу головки полового члена оставлен свисающий лоскут кожи. Мальчик должен терпеть операцию молча, не показывая боли. Затем член обрабатывают молоком, свежей коровьей мочой и заплесневелым пометом (моча обеззараживает, а плесень действует как антибиотик). Обычно выздоровление проходит без осложнений.


Обрезанные мальчики – мбарноти, выздоравливают и готовятся стать моранами. Одетые в черное, они бродят небольшими группами по саванне и охотятся на птиц. Их задача – отрастить волосы и раздобыть красивые перья птиц для прически. Но только юноши, мужественно перенесшие обрезание, имеют право носить яркие перья. Наконец, наступает время превращения в мораны. Юноши вновь меняют прически: они смазывают отросшие волосы жиром и красной охрой, заплетают в пряди и связывают кожанным ремешком. Мораны селятся в отдельном поселении – маньятте, выстроенном их матерями, и живут там годами до следующего обряда – эуното – «прихождения в возраст». Главная их обязанность – уход за скотом. В прежние времена мораны совершали набеги на соседние племена и крали у них скот. Ныне набеги заменила торговля скотом.


Эуното мораны проходят, когда наступает черед обрезания новой группы мальчиков. Прохождение эуното означает, что мораны перешли в категорию молодых взрослых и получили право жениться. В знак вхождения в новую возрастную группу мужчины сбривают все волосы на голове. Взрослые женатые мужчины участвуют в политической жизни племени, а в случае войны составляют особые воинские отряды. И обязаны были принимать участие в походах. С годами молодые взрослые переходят в возрастную группу старейших – высшую категорию в иерархии масайского общества. У масаев нет вождей – носителей власти, но есть лайбоны — жрецы, распорядители церемоний. К мнению лайбона старейшие прислушиваются, но решения важные для племени принимают только после общего обсуждения.


Девочки тоже проходят обряд посвящения, включающий обрезание. Обрезание девочек проводят после девятой менструации, но могут и раньше, если девочка забеременела. Женское обрезание сопровождается удалением клитора и прилежащей части малых половых губ. Процедуру обрезания проводит нанятый знахарь племени доробо. В отличие от честолюбивых мальчиков, девочек обрезают насильно. Перед операцией девочка может кричать и драться. Но ее крепко держат за руки и ноги взрослые женщины. Как и в случае с мальчиками, большинство обрезаний кончается благополучно, хотя девочки долго болеют. После обрезания они, как и мальчики, украшают лицо рубцами, но голову бреют наголо.


Вскоре девушку выдают замуж за «молодого взрослого», т. е. за отслужившего свой срок морана. Получается, что муж старше жены на 7 – 15 лет. Если же девушку берут второй или третьей женой, то возрастной разрыв еще больше, не говоря о случаях, когда на ней женится мужчина из числа престарелых. Девушки, не прошедшие обрезания, не могут выйти замуж. В Кении и Танзании пытаются искоренить варварский обычай и внедрить «обрезание словами», сопровождаемое песнями и танцами. Насколько новшество привьется, покажет будущее. Во всяком случае, женское обрезание официально запрещено.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология